Вверх страницы

Вниз страницы









Активные темы

Ответы

Темы без ответов

Поиск

Участники

Сказания Четырех Империй.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сказания Четырех Империй. » Громхэйв » Бар "Железная Цитадель"


Бар "Железная Цитадель"

Сообщений 1 страница 30 из 37

1

http://s2.uploads.ru/kOWqN.png

Огромная громада любимого места пьяниц, любителей поглазеть на красивых девочек, и музыкантов, возвышается на границе Запада. Это место очень хитро - несмотря на то, что теоретически бар (как его называет хозяйка) принадлежит Западу, но находится он на границе с нейтральной землёй, поэтому законы тут не распространяются.
Единственный, кто может здесь быть правосудием - несравненная хозяйка сего заведения и её костоломы.

Соседние локации: Квартал Красных Огней

0

2

Пёстрые афиши, расклеенные по всему городу завлекали своим содержанием горожан Западной Империи. Яркими пятнами они выделялись на серых стенах скучного города, внося в обычный ритм жизни немного суетного хаоса - вместо привычного пути на работу каждый третий останавливался на мгновение или замедлял шаг, а каждый второй старался на бегу прочитать что же такое пытаются донести эти окошки в совершенно другой мир, полный праздничного веселья и презирающий обыденность.

http://sh.uploads.ru/t/9NIdQ.png

На плакате у микрофона изгибается преувеличенно фигуристая девушка с такой талией, которую можно переломить двумя пальцами, с платиновыми кудрями в идеальнейшей укладке, которой никогда не добьётся ни одна реальная женщина, и с приоткрытым блестящим ртом. Видимо, художник подразумевал то, что она поёт. На самом же деле... Руки бы вырвать за такую дрянь.
Норма сорвала одну из афиш, и быстро скомкала её в руках. Какая мерзость... Осознавать что эта женщина - она сама. От этого становится ещё более мерзко.
- Если я узнаю кто это был, то на его глазах сожгу эту крамольную дрянь, - хрипло проговорила она. И где же "несравненная Маргарита Фав", она же Норма Рейган сейчас разбойничала, срывая свои же афиши и подрывая этим продажи билетов на свой же  концерт? У чёрного входа Цитадели, куда вездесущие руки расклейщиков тоже дотянулись. Она быстро чиркнула кремневой зажигалкой, но та как назло зажигаться не хотела. Норма выругалась. Грязно, в таких выражениях, которыми плотник-деревенщина, попавший себе молотом по пальцу, побрезгует.
До шоу оставалось где-то около часа, может чуть больше - зал начинал потихоньку наполняться людьми, которые заказывали выпивку и говорили между собой, поглядывая по сторонам, а сцена уже приобрела нуарный бурлесковый вид. Совсем скоро врунишке-Норме-Марго придётся лезть из кожи (а точнее из через чур открытого чёрного платьишка) вон, что бы очаровать их, влюбить в себя, заставить... Платить. Пока они платят - она остаётся на плаву.
- Если я прямо сейчас не закурю, то... - фразу она заканчивать не стала, бессильно опустив руку с сигаретой, - То я топну ногой и отправлюсь искать огоньку. Кому я вру. Слишком много если, - она вздохнула, сложив руки на груди. Если это мероприятие начинается с такого дерьма, то что тогда будет потом...
Даже задумываться не хочется.

Отредактировано Норма (2017-04-14 18:50:06)

0

3

Громхэйв, как он считал, на закате превращался в город пороков.
Почему-то именно ночью, когда фонари, разбросанные по тесным улочкам, начинали отбрасывать на стены зданий и брусчатку мостовой длинные уродливые тени, а температура начинает нещадно склоняться к морозному минусу и разгонять липкие жару и духоту, из своих уютных логовищ выходит сброд всего общества. То, чего западники, пожалуй, стыдились больше всего. Пьяницы, безмозглое быдло, неумные идиоты с жаждой постоянной наживы за счёт загулявшихся, с жаждой женского тела. Он слышал, как они в агрессии или пьяном угаре (и не приведи Прародители, если всё это смешается в одно!) перекликались между собой в тесных переулках, он видел, как они вываливаются из разного сорта баров и пытаются встать с дороги, грязно матерясь и плюясь на любого, кто посмеет просто пройти мимо.
Мужчина всё поражался, каким порой бывает наивным население маленьких городов по отношению к центру Империи. Хотя, честно признаться, и сам он таким был лет в 16. Мечтал о жизни среди сливок общества в столице, где люди всяко знают меру алкогольным напиткам, культурно проводят время… увы, люди везде и всегда одинаковые. Только вот процент ублюдков в большинстве случаев возрастал пропорционально увеличению километров  от столицы.
Коррин сплюнул.
Но если отбросить всё это, то прогулку по столице он находил в какой-то степени даже… расслабляющей. Вечно шумный Громхэйв, пестривший всякими разнообразными плакатами, торговыми лавками, барами и горящими огнями окон всяких разномастных домов, выглядел однозначно иначе, чем при свете лениво переваливающегося через зенит солнца. Вид залитого солнцем и укутанного паром города порядком уже надоел западнику, но к ночному его постоянно тянуло. Тянуло, не смотря на всю ту человеческую грязь, которая в обилии выливалась на улицы с восходом луны. Но больше всего удовольствия ему доставлял вечерний час, когда город, окрашенный в красные оттенки, медленно менял свой облик. Вот продавцы и рабочие дневной смены поспешили домой, дабы не застать сумрачные морозы, вот из домов и окон начали показывать свои носы «ночники», словно обнюхивая неторопливо остывающий воздух на предмет какой-либо опасности.
Похлопав себя по карманам брюк, Корь выудил оттуда уже полупустую пачку сигарет и примитивного вида зажигалку. Но перед тем, как закурить, западник напряженно осмотрелся. Замер на пару мгновений, словно ожидая какого-нибудь раннего пьяницу из-за угла, который обдаст выхлопом перегара из своей пасти в просьбе дать огоньку или в попытке стрельнуть сигаретку. Но не обнаружив в пустом переулке никого, кроме своей тени, он со спокойной душой закурил и продолжил свой путь.
Кстати, неплохо было бы заглянуть в участок и написать объяснительную по поводу отсутствия на смене. Перед этим, конечно же, послушать пару десятков нелестных в свою сторону, это обязательно. И с каждой мыслью о работе становилось всё противнее на душе. Сам виноват, что решил зайти вглубь леса, сам виноват, что пожертвовал на это день, когда ему нужно было сидеть в участке. И с каждым разом ему всё меньше хотелось наткнуться на коллег. Понимал, даже скорее боялся, что его рассказ о приключениях на Юге могут принять за бредни сумасшедшего. Ему нужно было обдумать куда более правдоподобную отговорку. Терять рабочее место не сильно то и хотелось, знаете ли.
Коррин не знал, куда он шёл. Просто бродил по переулкам, неосознанно избегая своей главной цели. А была ли у него вообще цель?
Ноги сами занесли его за набивающиеся людьми здание. Единственное, что западник успел уловить перед тем, как скрыться в очередной безлюдной улочке, так это то, что все гости были в разной степени роскошности костюмах. Там что, какой-то концерт?..
Ещё больше солнечных до омерзения западных дней Корь ненавидел быть «потерянным». Он должен быть, нет, обязан быть в курсе всего, что происходит в его городе! А тут он на целый день выпал из его жизни, и теперь вообще не понимает, что происходит и почему это происходит.
Из раздумий его вытянула изящная фигура, стоящая у черного входа… в «Железную Цитадель». Вот так занесло его. Приглядевшись повнимательнее из-под пол своего стетсона он узнал Маргариту Фав, западную знаменитость. Словно только что с плаката сошла.
Только вот на афишах талия у неё тоньше была.
Столкновения всё равно не избежать. Начать разговор? А смысл?
Только подойдя ближе он заметил в её изящных пальцах незажжённую сигарету. В мозгу щелкнуло сразу, что отказать в помощи собрату-курильщику он никак не может.
- Мисс Фав?
Голос его звучал уважительно, но лицо не выражало ничего, кроме как спокойного равнодушия. Не был он фанатом её творчества, да и не понимал весь этот кипишь вокруг её личности. Ну красивая девушка, ну поёт, и что с того? Таких ведь много на всём Западе, только вот их никто не замечает. Наверное, к лучшему.
Коррин достал из кармана брюк зажигалку и чиркнул ею. Та изрыгнула из себя дрожащий от любого ветерка огонёк, но угасать, видимо, не собиралась.

0

4

"Изящная и восхитительная" Норма, она же эта самая мисс Маргарита Фав вздрогнула. Она не слышала шагов, не слышала звона шпор, и поняла, что её настигли только когда мужской голос окликнул её по имени. Надо же настолько увязнуть в своих мыслях, что не услышать и не увидеть как из хорошо просматриваемого проулка появился...
А кто, собственно, появился-то? На персонал Цитадели не похоже, те с улицы не появляются, таких шляп не носят и ходят в форме заведения. Или он пришёл на смену...? Не похоже. Фанат? Уже более вероятно.
- Мисс Фав? - она подняла глаза, но выражение отрешённости и какого-то недовольного отвращения к происходящему никуда с острого личика не делось. У неё не было такой прекрасной укладки, как на афише - платиновые волосы просто стянуты чёрной лентой на затылке, на лице нет яркого сценического макияжа, а в руках... Обычная сигарета. Не те тоненькие, которые она курила на публике через мундштук, и уж точно не сигара, которыми она иногда баловалась в дорогих салонах, развлекая своим заразительным очарованием компанию из "сливок" буржуазии Запада.
Единственное, что было совершенно таким же, как на сцене, так это её глубокий низкий голос, немного хриплый, но даже без особых усилий достаточно сексуальный.
- Мистер? - в тон ему отозвалась Норма, приходя в себя и понимая, что кем бы этот человек ни был, а репутацию втаптывать в грязь нельзя. Она опустила глаза, а после, хлопая длинными ресницами подняла взгляд на стоящего мужчину, рассеянно мило улыбаясь.
- Не найдётся ли огонька? - женщина сделала маленький шажок в сторону мужчины, и немного наклонилась к нему, ловя кончиком сигареты трепыхающееся от ветра пламя. Когда он затлел, женщина рывком вернулась в прежнее положение. При её приближении незнакомец мог почувствовать пряный терпкий запах её духов, который через несколько секунд потерялся за резким запахом табака.
Норма с наслаждением затянулась, но взгляд разномастных внимательных глаз не отрывался от стоящего напротив мужчины. В полу-тьме возможно её взгляд казался немного жутковатым - один глаз серо-голубой, а второй болотного зелёного цвета. Обычно на сцене мисс Маргарита использовала какую-то волшебную жидкость, придуманную Восточными красавицами-магами, в погоне за модой на смену цвета глаз.
Этот мужчина со шляпой казался ей ещё более странным. До сих пор не попросил автографа, бесплатного билета, или чего-нибудь ещё, как остальные, дорвавшиеся до женщины в моменты, когда при ней нет ни охранников заведения, ни даже спутника. Закат над городом пороков уже вошёл в свою пиковую стадию, и тихоньку катился к завершению. Норма потеряла счёт времени - сколько там осталось до выхода? Час? Меньше?
И хер бы с ним. Пока её не ищут, она может себе позволить немного дольше простоять в облаке серого сигаретного дыма, глядя на закат. Прямо как тогда, когда она была официанткой, или "сигаретной девочкой", которая рекламировала продукты разных лавчонок. Тогда тяжело было понять, насколько эти моменты хочется продлить...
Нет, она не жаловалась на жизнь. Платили ей больше, чем хорошо. Разъезжать в новейших автомобилях и в помпезных повозках с мека-конями производства одной из богатейших фирм ей тоже нравилось. Гардероб ломился от покупок и подарков. Бар - от напитков. Да вот только дом, находящийся в самом центре Империи, в крупнейшем городе был пустым. Пустым... Как и сама она казалась себе лишь мерзкой пустышкой.

0

5

Сигарета, кончик которой Коррин неосознанно пожевал, почти дотлела. Неприятный вкус табака тут же лёг на язык, оставляя противное послевкусие. Мужчина, особо не заморачиваясь по поводу того, как он выглядит со стороны, выплюнул окурок и потянулся в карман за сигаретным коробком, не забыв при этом придавить тлеющий кусок табачного изделия низким каблуком своего сапога. Всё это время на лице его выражение менялось только раза два: первый раз он морщил нос, стоило смеси табака и бумаги коснуться кончика его языка. А второй, когда он уловил запах парфюма. Но он постоянно возвращался в свое исходное, равнодушное состояние.
- Мне казалось, что Вы в это время должны были репетировать, - как-то отдаленно начал он, глядя в сторону багрового закатного солнца, - Распеваться там…
Вот и начал разговор, называется. Начало звучало крайне неуверенным и неловким, даже несмотря на то, что голос Коррина звучал вполне себе твердо. Сам он в тонком деле музыкантов и певцов ничего не понимал. Вообще. Даже на концертах никогда не бывал, чтоб судить точно. То у него времени не хватает на городские забавы, то нет сил даже элементарно поднять голову с подушки, то просто нет желания духовно развиваться. Хотя можно ли назвать пение чужих голосов духовным развитием?..
Он со вздохом посмотрел в свой коробок, в котором ютились две сигареты. Пальцами выудил одну, вновь чиркнул своей верной дешевой зажигалкой, вновь закурил. В этот раз неспешно, с каким-то странным наслаждением делая глубокую затяжку и выпуская тонкую струйку дыма изо рта. А ведь хотел растянуть остаток из этого несчастного коробка на пару дней. Придется теперь искать продавца среди всей этой пестрой стаи инженеров и специалистов по ткани, который не подбросит дерьма за пятак золотых.
Глаз его заприметил скомканный афишный лист, одиноко лежавший посреди дороги. Лишь только вечерний прохладный ветерок качал его, не в силах сдвинуть с места. Странно, казалось бы, западники не допустили бы такого. Или допустили бы… он и сам перестал понимать, что его народ считает позволительным, а что превышающим все нормы морали. Чувство легко любопытства двинуло его в сторону листа. Подняв его с земли и расправив его, он цокнул языком.
М-да. Ребята из организации, которые занимаются афишами, явно не видели мисс Фав. А если и видели, то очень сильно преувеличили её внешность. Но с одной стороны, именно ведь такие яркие и откровенные афиши завлекают огромные толпы народа прямиком в тесные и душные концертные залы.
- Художники у Вас так себе, - заметил он, взяв сигарету в свободную руку, дабы та не мешала разговаривать, - Слишком сильно полагаются на фантазию.

0

6

Закат, кажется, совсем сошёл с ума. Яркое розово-оранжевое небо, увенчанное багровым диском распласталось над ними. Норма чувствовала себя так, словно она уже стоит в свете ярких сценических ламп, а перед ней не какой-то случайный и до ужаса странный мужчина, а толпа зрителей.
Она затянулась, чувствуя как табачный дым наполняет лёгкие, и голова начинает легко кружиться от никотина. Выдохнула дым, опустив голову вниз, и стряхивая осторожно истлевший пепел с кончика сигареты, постучав по ней миндалевидным аккуратным ногтем.
- Мне казалось, что Вы в это время должны были репетировать. Распеваться там… - внезапно подал голос её невольный собеседник. Норма медленно подняла на него взгляд, а после равнодушно пожала плечами. Он был прав. Нет, даже не так... Этот парень был чертовски прав, и скорее всего, мисс Фав уже начали искать в роскошных залах Цитадели. Но Норма откровенно туда не хотела. Простецкое платье из мягкой лимонно-жёлтой ткани ей нравилось больше, чем эта скользкая блестящая рыбина, которую из каких-то странных принципов зовут концертным нарядом, а один собеседник - больше чем толпа буржуазных блюдолизов, которые бараньими глазами будут пожирать тощие ножки "несравненной Маргариты", случайно оголяемые откровенным клёшем платья.
Она молча кивнула, понимая, что пауза затянулась слишком долго. Но... На удивление эта пауза даже не казалось неловкой. То ли потому, что Рейган было наплевать на случайного шляпника, то ли потому, что тот не особо пытался вести диалог, выспрашивать о чём-то её, или чего хуже - просить автограф, да ещё с какой-нибудь мерзкой подписью, вроде "всегда Ваша" или "с любовью...". Этого дерьма ей хватало и на всяких встречах, пост-концертных сессиях и случайных встречах на улице.
Она, кажется, уже расписывалась на всём в этой жуткой Империи. На открытках, на руках, грудях, на одежде, на книгах, всевозможных бумагах и бумажках, её же сорванных афишах, ручных мека-животных. Чего только не было в этом списке. Одно время Рита (так она просила себя называть на встречах, интервью, и во время всевозможных развлекательных мероприятий) всерьёз подумывала завести список того, что она подписала, и понять, где ещё её рука не успела оставить быструю, чётко выверенную и продуманную роспись.
Да вот что-то не сложилось с этой идеей. То не было бумаги, то не было ручки, то она выбрасывала всё в ближайшую урну...
Смех, да и только.
- Художники у Вас так себе. Слишком сильно полагаются на фантазию, - человек решил поднять афишу, которую Норма не успела уничтожить настолько основательно, что б в клочках невозможно было разглядеть то, что кто-то слепой или косой посчитал популярной певичкой. Чёрт.
- Несомненно, - выдыхая дым произнесла она медленно, растянув гласные, - В жизни я намного красивее, не находите? ...хоть и крупнее, чем это эфемерное существо из груди и задницы.
Она могла позволить себе такие вольности. Она не боялась того, что эти слова окажутся в газете, или ещё где-то. Норма часто оказывалась в эпицентре скандалов, но всегда выходила из воды сухой. Почему? Человек, которого пытаются высмеять обычно оскорбляется и показывает зубы. Норма же кивала на все слова, а после добавляла к ним ещё что-нибудь меткое и самокритичное.
- Разочаровался? - она легко перешла на "ты", не задумываясь, и понизив немного голос. В нём уже явственно слышался смех, - Загляни в Цитадель вечером, может быть на сцене я буду выглядеть киллограмм на десять худее, а моя грудь - на пару размеров больше, - запрокинув голову Рита расхохоталась, а после решительно потушила сигарету, бросив её на землю и наступив каблуком.
- Скажи на входе, что сегодня Рита Фав лично пригласила тебя на шоу. Тебя пропустят без вопросов. Считай, что это маленькая плата за помощь моему душевному равновесию. Если бы я не закурила, то пролилась бы кровь кого-нибудь из местных работников, - Норма подмигнула парню, сложив руки на груди, - У спасителя невинных работников Цитадели есть имя?

0

7

Всё шло на удивление гладко. Его не схватили за шкирку доблестные защитники покоя мисс Фав, ему в глотку не вцепился случайно увидевший их вместе фанат… Поразительно! Однако Коррин всё не переставал высматривать прислужников шерифа на наполненной битком людьми улице. Всё не позволял себе расслабляться, это спокойствие могло оказаться ложным.
- Разочаровался?
- Разве что во вкусах родной Империи, - легко и спокойно отозвался он, выбрасывая недокуренную сигарету и измятую афишу. Сигарету он выбросил из-за того, что от смеси никотина и вкуса дерьмового табака начинало тошнить, а афишу бросил… а куда её? Не в карман же, - Ваш повседневный наряд Вам идет больше. Но это лишь моё мнение, можете к нему не прислушиваться.
Корь подавил в себе хриплый смешок. Странное дело, так легко говорить с малознакомым человеком, в чьи планы, скорее всего, вообще не входило слушать его бредни. Да и сам он хорош, вынужденно втянул в её этот разговор. Но и она не особо сопротивлялась…
Сложно. Пожалуй, это в первый раз, когда он был в смятении от своих же действий.

- Загляни в Цитадель вечером, может быть на сцене я буду выглядеть килограмм на десять худее, а моя грудь - на пару размеров больше.
Килограмм на десять?..
Ах, да, корсеты. Словно клетка для легких, так о них отзывались его знакомые. Собственно, на что не пойдешь ради денег и славы. Но кто он такой, чтоб судить её?
Бывший хранитель правопорядка. Или не бывший, может и обойдется всё выговором, если застанет своего начальника в добром расположении духа. Но всё равно, это не дает ему никаких особых полномочий по отношению к ней.
- В Цитадель я, может, и загляну, но не обижайтесь, если я уйду с него через полчаса. Не переношу я всю эту внешнюю фальшивость, - он спрятал руки в карманы, вставая лицом к переходу на улицу. Так не хотелось нырять в залитую жутким багровым светом площадь…
Обижайтесь? Старик, на что ты надеешься? Что она будет следить за тобой на протяжении всего концерта?
А он и ни на что и не надеялся, если честно. Слово как-то само вырвалось, но оправдываться за него было бы очень глупо.
- Скажи на входе, что сегодня Рита Фав лично пригласила тебя на шоу. Тебя пропустят без вопросов.
Если ему повезет и вышибалам на входе не попадался умник, который уже пытался таким образом проскользнуть в бар. Но всё равно, в этих словах ощущалась какая-то малая доля власти. Совсем малая, ими моря точно не раздвинешь. Так, появиться лишь капелька уважения в чьих-то глазах и пугающая смесь зависти и ненависти в глазах других.
- У спасителя невинных работников Цитадели есть имя?
Этот вопрос едва не застал его врасплох. Имя… Чудо, что он его вообще помнит. Максимум, как к нему обращались, так это по фамилии. А так в ход шли все производные от его места работы и синонимы к слову «железо». Это прекрасное слово «железячник» до сих пор режет ему ухо.
- Вообще я уже как третий десяток Коррин, - он повернул к Маргарите голову. На лице всплыло какое-то подобие вежливой улыбки, - Но можете называть хоть «Шляпником».
И, не дожидаясь какого-либо ответа со стороны девушки, западник шагнул прочь от черного входа. Его тут же подхватила бурлящая толпа народу, спешивших на выступление. Сколько же они там простояли, молча думая о своем?
Поток не стихал и у входа в Цитадель. Он и понять не успел, как оказался зажатым между богато украшенными дверьми, двумя бугаями и людьми. Пути назад не было, увы. Произнеся фразу-пароль, он тут же прыгнул в шумный полутемный коридор, не опасаясь того, что его могут вытянуть за шкирку и начать выяснять, откуда он знает заветное сокращение «Рита» и откуда он, такой красивый оборванец в ковбойской шляпе, вообще взялся. Не до этого им было, увы.
Что ж, встречай, Цитадель, противника светского образа жизни!

http://s6.uploads.ru/N1bIP.png

<<Железная Цитадель станет вашей защитой от повседневной серости! - Помощник шерифа сплюнул, отворачиваясь от яркой афиши на грязном фонарном столбе, - Что за бред... лишь очередной сборник не таких, как все. Вот и всё.>>

Зала Цитадели встретила его ровными рядами круглых деревянных столиков, которые уже были занятыми «ранними пташками», алыми занавесами у сцены и не давящим на глаза полумраком. Посетители уже активно перешептывались между собой, потребляли разного вида алкоголь и неторопливо поедали несказанно дорогие блюда. На их фоне Коррин выглядел как грязное пятно на ослепительно белой рубашке. Покрытые слоем пустынной пыли брюки и сапоги со шпорами, красная рубаха и стетсон смотрелись совершенно дико на этом параде красоты и изящества. Но какое ему до этого дело?
Он устроился в темном уголке, подальше от всей этой человеческой массы. Ну, как устроился. Облокотился на стену, сложив руки на груди, и уставился на полукруглую сцену, ожидая начала концерта.

0

8

Рита не собиралась дальше испытывать терпение концертмейстера Цитадели, и потому развернулась на каблуках, отправившись к двери чёрного входа. Она была слегла приоткрыта и в длинной острой тени здания бара появлялась прореха - полоса красноватого света, проливающегося из этой случайной щели. Словно приоткрылся портал в иной мир...
- Ваш повседневный наряд Вам идет больше. Но это лишь моё мнение, можете к нему не прислушиваться... В Цитадель я, может, и загляну, но не обижайтесь, если я уйду с него через полчаса. Не переношу я всю эту внешнюю фальшивость, - раздалось за её спиной. Фав вздрогнула, но вряд ли мужчина мог это заметить. Фальшивость... То, в чём она не хотела признаваться, и то, что она сама ненавидела до глубины души.
- Вообще я уже как третий десяток Коррин, но можете называть хоть Шляпником, - услышала она, уже притворяя за собой дверь. Её с порога поглотила нуарная темнота, подсвеченная алыми софитами. Вообще, атмосфера в Цитадели сейчас казалась нереальной, слишком яркой... Слишком много красного и золотого, блестящего и светящегося. Слишком громкая музыка, слишком много народу, слишком, слишком, слишком!
- Коррин, значит, - негромко повторила Норма, тряхнув головой. Идеально уложенные локоны мягкими волнами накрыли худые плечи. Не успела она сделать пару шагов, как к ней уже подлетел кто-то из работников, уводя "несравненную мисс Фав" вглубь, к её личной гримёрке. Единственное, что она успела, так это на бегу бросить через плечо имя шляпника, что б его внесли в список приглашённых гостей.
Оставалось около получаса до начала. Норму уже давно не посещало волнение перед выходом на сцену. Ещё бы, после стольких раз страх просто-напросто смывается, оставляя вместо себя недовольство и желание поскорее закончить. Сидя на высоком стуле перед зеркалом, она громко щёлкнула крышечкой помады, и со стуком поставила её на столик. Напротив себя она видела яркую молодую женщину, одетую в чёрное платье с открытыми плечами. Минимум украшений - лишь нить жемчуга на шее и такие же серьги в маленьких ушках. Она жадно смотрела на неё, а та, зеркальная Рита смотрела на Риту настоящую в ответ так же жадно, с каким-то маньяческим блеском в глазах.
В стакане, стоящем рядом с пудреницей таял лёд. Ром с ягодным соком, один к одному. Сочетание на любителя. Рита закрыла глаза, глубоко вдохнув и задержав дыхание. Досчитала до десяти.
Один, два.
- Фальшивка. Мерзкая фальшивка.
Три, четыре.
- Однажды ты сойдёшь с ума, если не перестанешь.
Пять, шесть, семь, восемь.
- Хватит, Рита.
Девять. Десять.
Когда внутренний голос закончил вести монолог, Норма открыла глаза, и опрокинула в себя содержимое стакана. Алкоголь обжёг горло, так что она едва не закашлялась. Пьянство ещё никого до добра не доводило. Чувствуя, как немного кружится голова, женщина встала, оправив платье, и решительно направилась к выходу из душной гримёрки, не в силах больше бороться с внутренними демонами, которые глядели на неё из зеркала.
- Пять минут, мисс Фав, - произнёс кто-то над её ухом. Рита лишь машинально кивнула, подходя к закрытому занавесу. Там уже отметили небольшим белым крестом место, где выгоднее всего будет смотреться в свете софитов женщина. Там уже поставили микрофон на серебристой стойке. Фав остановилась рядом с ним, считая про себя до десяти. Не было страха или волнения. Была усталость.
Она быстро подтянула длинные перчатки и опустила голову.
- Тридцать секунд, мисс Фав, - раздался негромкий голос, который слышали только сидящие чуть дальше на сцене музыканты, и стоящая, словно в ожидании распятия, Рита.

0

9

Время для него тянулось непозволительно долго. С каждой секундой ему казалось, что взгляды любопытных буквально проедали его насквозь. Отказ от приглашения теперь выглядел как вполне неплохая идея, только вот назад идти слишком поздно.
Сам знал, на что шел. Теперь терпи, глупец.
Или же беги, словно трус.
Трус… а откуда этой навязчивой мысли вообще было взяться? Уход из домика Хранительницы проходил в спешке, да и саму Хранительницу он скорее опасался, чем боялся. Он не трусил перед огромной толпой безликих, среди которых он выделялся явно в плохом смысле.
Перед шерифом Коррин трусил. Как собака последняя трусил. Именно поэтому он так изящно избегал прямого пути в участок, именно поэтому в попытке отвлечься он заговорил с мисс Фав. Хорош малец, ничего не скажешь…
Мерзко было только от мысли об этом. Хотелось вновь закурить, но запах сигарет и стойкое послевкусие от двух недавно скуренных табачных изделий вызывали жуткое отвращение к одному только виду сигареты. Но курить хотелось…
Но стремительно  бледнеть под взглядами десятков голодных до драмы глаз не хотелось сильнее.
Все немногочисленные источники света, разбросанные по залу, погасли. Всё внимание посетителей было обращено на сцену, единственный освещенный островок. Гомон медленно пошел на спад, лишь тихие фразы можно было услышать со стороны рядом стоящих столиков. Как же они раздражали… Красный массивный занавес плавно открывается, выставляя на показ единственную и неповторимую Маргариту Фав в черном изящном платье. Зал начал аплодировать ей в знак великодушного приветствия.
Она была права. Выглядит она в своем концертном костюме явно худее. И неестественнее.
Фальшь, неестественность, фальшь… он зациклился на этих словах. Они постоянно крутились у него на языке, не отпускали разум. Раздражали, бесили!
Он устало потер переносицу и поднял взгляд на потолок. Устал он не физически, устал морально. Сам себя вымотал всей этой бессмысленной паранойей и этими размышлениями о том, кто настоящий, а кто лишь пустая каркасная кукла.
Взгляд его выцепил особо нетерпеливого полненького человечка, приставшего со своего места.
- За руками следи, псина, - злобно прошипел он, глядя, как один особо наглый человек начал тянуть свои потные ладони в сторону сцены. Ишь, нашелся защитник, черт его побрал! Кулаки чесались набить наглецу морду, но тогда он поднимет кипишь, и вся это волна паники и презрения с оглушающим ревом обрушиться на него.
…а может, он и не к ней руки тянет? С какой же целью тогда он встал? Коррин напрягся и отошел от стены на пару шагов, готовый сделать рывок в сторону сцены.

0

10

Сцена любила Риту. Пусть она была лицемерной сукой, пусть она казалась кому-то до мозга костей фальшивкой (а может такой и была), но едва поднимался занавес и единственный яркий луч выхватывал из тьмы её тощую фигурку у микрофона, она чувствовала себя, а может и становилась совсем другим человеком. Что бы там не говорили про Маргариту в прессе, каких бы слухов не пускали, а петь она умела. Этого не отнять.
Достаточно низкий, глубокий, сексуальный голос - её визитная карточка. Не блестящие открытые наряды, меха, каблуки, вся эта обстановка... А голос. Когда-то маленькая Норма хотела петь в женском хоре и радовать престарелых старушек и консервативных мамочек в местном театре скучными, но до одури пристойными постановками, обязательно с хорошим концом и лирикой, восхваляющей лучшие стороны человечества.
Не сложилось.
Она медленно подняла голову, и на её ярко накрашенных губах мелькнула та самая улыбка, за которую мужчины готовы были убить друг-друга, что бы положить весь мир к ногам крошки Риты. Женщина отвела руку немного в сторону и сделала вид, что четыре раза ритмично щёлкает пальцами. Что-то такое же ритмичное заиграла группа музыкантов, которых выхватил второй луч света из темноты сцены.
Рита обхватила одной рукой микрофон, а второй всё так же продолжала щёлкать пальцами в такт. Она ненавидела эту песню, но в подобных заведениях она заходила на ура, поэтому...
- Я никогда не думала о том, как сильно я тебя люблю. Я никогда не думала о том, как меня это волнует. Когда ты обнимаешь меня, во мне загорается огонь, который так трудно в себе нести, - наверное, каждый из них думал, что она поёт это ему. Что она хочет его. Что она готова прямо со сцены прыгнуть в его потные объятия и крикнуть о том, что вот он - лучший мужчина всех Империй!
- Ты зажигаешь во мне огонь, когда ты целуешь меня, - проникновенно продолжала мисс Фав, когда её взгляд наткнулся на человека, который воспользовался её приглашением и сейчас с ненавистью, с видом бойцовской взъерошенной птицы смотрел на какого-то мужичка, отдавшегося своим грязным фантазиям. Рита едва не скомкала последнюю строчку куплета, но вовремя взяла себя в руки, продолжив песню, - Я же зажигаюсь, когда ты зовешь меня по имени. И ты знаешь, что я все сделаю, как надо.
Норма вытянула руки вперёд, к залу, и развела ими, пританцовывая в такт мелодии. Вечер обещал быть жарким.

Отредактировано Норма (2017-04-19 02:28:47)

0

11

Она стоит в свете софитов, желанная и недоступная, хотя вот она, стоит на расстоянии вытянутой руки. И никто не смел эту руку вытянуть, словно боялись обжечься. Или же у них ещё осталось хоть какое-то осознание общепринятых норм морали.
А кто бы что не говорил, голос у Маргариты действительно пробирающий. И не удивительно, что у неё такие толпы поклонников. Надо бы обдумать пару своих решений на счет её творчества. Но внимание Коррина было приковано не к ней, увы.
Руки, глупец, руки! Ты не знаешь, на что себя обрекаешь! Сядь, черт бы тебя побрал!
Мужчина был готов поклясться, что на этом моменте у него из носа шел пар. Этот ублюдок действовал на него, как кроваво-красная тряпка на шира. Вызывал такое искреннее чувство ненависти, что его даже стало трудно скрывать под полами верной ковбойской шляпы. Необоснованная агрессия бурлила внутри него, обжигая легкие. Выхода было два: уйти отсюда или нарушить покой набитого концертного зала. Он вновь зыркнул на мужичка, надеясь на то, что тот сел на свое место. Он прекрасно знает, что такие люди не имеют тормозов, но всё равно продолжал по-детски наивно верить, что он вовремя опомниться.
Увы.
Пустая каркасная кукла, ведомая только жаждой жратвы и баб. Глухой червяк, которому нет дела до возгласов возмущающейся толпы.
Он получит свой урок. Беспричинно грубый, но урок.
Шел он на удивление спокойно, стараясь не выдать своего напряжения. Он прекрасно чувствовал, как на него начинали откровенно пялиться. Кто-то уже начал перешептываться, опасливо косясь на него.
- Смотри, этот… ковбой подозрительный к сцене пошел!
- Ещё один наглец нашелся…
- И как он, оборванец, вообще сюда попал?

Странное дело, бить кому-то лицо прямо перед выступающим на сцене человеком. Пожалуй, эта мысль слегка остудила его пыл. Он же, как минимум, может подставить Маргариту, давшую ему бесплатный проход на концерт за всего лишь одну зажжённую сигарету.
Может, можно и обойтись и без драки?..
Корь подошел ближе к мужичку, уже нагло стоящему у сцены. Тяжело выдохнув и качнув головой, он схватил его за костюм и потянул назад, но, судя по треску расходящихся тканей и нитей, силы он не рассчитал. Двое мужчин растерянно посмотрели друг на друга какое-то время. Посмотрели… и внезапно тот, кому порвали костюмчик, со всего размаху залетает Коррину кулаком чётко в переносицу.
И всё это чётко под ритм песни и чарующий голос мисс Фав.
Железячник аж осел на пол, явно не ожидавший такой прыти от полненького человечка. В глазах на мгновенье потемнело, а из носу тут же полила кровь. Стало заметно тяжелее дышать. Стоило зрению вновь сфокусироваться, так он сразу же увидел перед собой потное лицо, перекошенное от злобы. Он слышал, как какая-то женщина визгливо вскрикнула, как полы заскрипели под ногами и сдвигающимися стульями. Зал вокруг него, до этого терпеливо ожидавший, внезапно ожил и зашевелился. Если большинство примет сторону «порванного костюмчика», то Корь явно не отделается одним лишь носом. Дать отпор он точно не готов. Ах, а ещё самая весёлая часть - охранники Цитадели, кажется, начали неспешным ходом сюда подтягиваться.
Но не это его пугало. Среди всего поднявшегося гама он смог уловить голос того мужлана. Такой обычно отчитывал его каждый раз, когда он опаздывал в участок…
Ох, Прародители, лучше бы он ошибся.
Преподаватель поставил на место горе-ученика.

0

12

Вечер обещал быть томным... До того момента, как Рита открыла глаза. Её физически передёрнуло, а тощая рука, лежащая на микрофоне дрогнула. Тут многие знали что это за похотливый жирный мужик из кожи вон лезет, едва ли на сцену не залез, только б завлечь невинную по сравнению с ним малышку Рейган-Фав в свои потные объятия.
Вы думаете, Рита его не знала? О нет, она его знала. Она через чур хорошо его знала. Требуется уточнение - его знала не потрясающая самодостаточная женщина мисс Фав, а Норма. Обиженная, одинокая, бедная как церковная мышь Норма. Перед тем, как окончательно исчезнуть из жизни своей дочурки, её потаскуха мать не один десяток раз тыркала обгрызенным ногтем в небольшую фотографию. Чёрно-белая, не двигающаяся, как большинство магических фото. На ней ещё не ожиревший и не осволочевший в край парень придерживает широкополую шляпу,  прикусив в уголке рта соломинку. Если б только знать кем он станет...
- Вырастешь такая же, как твой папашка, - то ли с грустью, то ли с разочарованием говорит мать, и Норма очень чётко слышит её голос в своей голове. Память штука избирательная. Куда она положила свои чулки с утра, или кошелёчек она не помнит, зато...
Зато это дерьмо не оставляет её из раза в раз. От ночи к ночи.
Из мыслей её резко вырвал крик какой-то женщины, который прервал машинальное исполнение её песни, заставив сбиться, захлебнуться в своих же словах. На глазах парень, которого она пригласила отдёрнул от сцены жирного борова. Борова, который являлся шерифом этого чёртового города. Паренька с фото. Человека, который бросил семью, плюнул на дочь, а сейчас не зная о родстве пускал на неё слюни. Отвратительно. Настолько отвратительно, насколько это может быть.
Если бы она была простой девочкой Нормой, то уже бросилась бы к осевшему на пол Коррину, или прыгнула на потирающего кулак шерифа. Но, музыканты продолжали играть, хоть Рита больше и не пела. Она медленно отошла от микрофона, а после сделала пару шагов к краю сцены.
- Охрана! Задержите дебошира! Этот отвратительный человек посмел оскорбить моего специального гостя! - Маргарита осторожно сошла со сцены, краем глаза увидев, как расплылось в тупой улыбке лицо шерифа. Он-то думал, что певичка говорит о нём. Такая шишка, великий сего города, правосудие во плоти - конечно про него! Но Рита суетливо процокала мимо, ухватив чистую льняную салфетку у официанта, и грациозно присела рядом с Коррином.
- Врача! Позовите же врача! - крикнула она, перекрывая сильным голосом гомон, - Приведите врача, а этого выставите! Выставите вон, и слышите, я не потерплю Вашего присутствия ни на одном моём концерте!
Она протянула руку и пальцем указала прямо в грудь шерифу, который ещё не понял скудным умишком что именно произошло, и пока сиял как начищенный медяк. Ну и падаль.
- Мой дорогой гость, Вы в порядке? - спросила она, осторожно утирая кровь с лица мужчины салфеткой, - Какой кошмар.

Отредактировано Норма (2017-04-19 02:28:08)

0

13

http://s9.uploads.ru/RvW3u.png
Джесс Нортон
Шериф города Громхэйв

Маленькие глазки шерифа злобно прищурились. Эта закулисная шлюшка позволяет себе слишком много! Она назвала его дебоширом? Отвратительным дебоширом? Его, Джесса Нортона?
Что ж, кукла, в таком случае твоих концертов не будет в моем городе.
Переполняемый гневом, он даже не обратил внимания на охрану, которую тщетно пыталась позвать на помощь белокурая певичка. Кому охота связываться с шерифом? Нет здесь таких дураков. Всем известно, насколько длинные у Джесса руки и насколько мстительный у него характер. А сейчас об этом станет известно и тому наглецу, завязавшему драку.
Толстяк издал лающий смешок.

Замолчи, девчонка. В интонациях голоса мелькнула некая приторность: Джесс наконец-то сумел рассмотреть своего обидчика. Так, так, так... И кто же у нас здесь?
На круглом лице мелькнула гримаса мрачного удовлетворения. Паршивец и бездельник, любитель опоздать на службу собственной персоной! Это уже не просто выговор с занесением в личное дело, это уже конкретная заявка на увольнение. Кто-то очень злорадный внутри довольно потер ладошки.
Действительно, что вы встали! Позовите врача. Неожиданно для окружающих шериф повторил слова певички Фав. А заодно принесите газету с вакансиями.
Последняя фраза, пусть и сказанная гораздо тише, вызвала недоумение у посетителей Цитадели. "Дорогому гостю" следует заткнуть рот своей курице, если он хочет сгладить последствия. А вообще, это крайне несправедливо. Ему, шерифу, должны принадлежать лучшие девки.
Не позорь себя, Коррин. Врач? Серьезно? Голос шерифа был хрипловатым от сдерживаемых эмоций. А если ты сломаешь руку, то начнешь писать завещание?
Несколько человек захохотали над шуткой.

0

14

- Не позорь себя, Коррин. Врач? Серьезно? А если ты сломаешь руку, то начнешь писать завещание? - Фав стиснула в руке салфетку, а после поднялась, так же медленно, грациозно, не теряя самообладания. Она знала этот типаж мужчин, которые считают, что вся земля крутится только благодаря их связям, и что крутится она, собственно, вокруг них. А что забавно в них, так это то, что когда они понимают, что их полномочия ограничены, а колкие реплики никого не задевают, то... Они буквально выходят из себя.
Маргарита сделала пару шажков вперёд, в сторону шерифа, этого мерзкого, ужасного человека, который по какой-то несчастливой случайности всё ещё топтал землю, надирался в барах и лапал женщин. Она вытянула тонкую руку в его сторону, положив её на плечо шерифу.
- Ах, извините, вы должно быть подумали что врач для моего доброго друга? Нет, что Вы. - Рита улыбнулась ему, словно ещё пару минут назад не звала охрану, что б его вывели. Кстати, охрана в лице четырёх бугаев уже стояла рядом, видимо, выжидая или начала мордобоя, или чьего-то приказа. Хозяин Железной Цитадели, а это была женщина немного за пятьдесят, уже спешила сюда с другого конца зала, где ютилась крутая лестница наверх, на второй этаж, где располагался её кабинет. На счастье, она была хорошей знакомой Риты. Эта женщина, хозяйка, знала певицу ещё как Норму Раелин Рейган, и сделала многое для нынешнего имиджа и статуса певицы. Например, она научила Норму-Риту как нужно двигаться, ходить, держать голову, улыбаться. Всему тому, без чего образа загадочной Фав попросту не существовало бы.
Но знала и Рита и хозяйка одну вещь. То, чего жирный боров мог не знать, если и правда был ужасным блюстителем закона. А Рита уже была уверена, что слухи по поводу этого бюрократа не врали.
- Я звала врача для Вас, сэр. Боюсь, что Вы выглядите нездорово, и, - она выдержала паузу, а после продолжила, сдвинув брови, - Мало ли, в Вашем возрасте и с Вашим весом такие стрессы противопоказаны. Вы давненько, должно быть, не видели вещей страшнее, чем юнец, который обозначает Вам рамки дозволенного. У шерифа такая опасная и страшная работа, - она покачала головой, а после отошла от него.
Та единственная вещь, которой не знал офицер, так это того, что Железная Цитадель была местечком непростым. Очень непростым. Находилась она на границе Запада с территорией Южной Империи, но... На нейтральной земле. По факту, Громхэйву, как и Западу в целом, от этого здания принадлежала только длинная плиточная дорожка, укрытая красным ковром, и стоянка паровых автомобилей.
В этом была вся суть Цитадели. Она, при том, что находилась на отшибе города, стягивала к себе народ со всей Западной Империи, как центр жизни ночной. Тут было своё правосудие, свои порядки. И сейчас правосудие Западной Империи могло пострадать от пинка под зад, подаренного каким-нибудь из бугаев охраны.
Это было бы крайне забавно, но пока никто не давал им команды выкинуть к чертям борова, упивающегося славой. Надо уточнить, что славой крайне сомнительной, минутной.

Отредактировано Норма (2017-04-19 02:34:08)

0

15

- Так, так, так... И кто же у нас здесь?
Как говорится, если гора сама не идет…
Интересно над шляпником судьба подшутила, ничего не скажешь.
- Вот от такого дерьма я уже точно не отмоюсь, - прошипел он себе под нос, всматриваясь в лицо шерифа. Черты его лица особенно неприятно смотрелись в такой близи, особенно когда его губы искривлялись в самодовольной ухмылке. От одного их вида становилось не по себе. Ленивые наблюдатели, получившие зрелищ, подобно стервятникам окружили скалящихся друг на друга троих людей, словно ожидая сию минутного продолжения. Увы, получать добавки Коррин, к несчастью толпы, не планировал. Просто прогнется, как сухая ветка, если мистер Нортон решит наподдать ему ещё. А какой тогда интерес за этим смотреть? Куда ведь веселее, когда жертва способна дать сдачи и продлить этот и без того жаркий вечер!
- Врача! Позовите же врача!
Маргарита торопливо сошла со сцены, но даже в таком темпе не теряя своей грации. Кинув пару неласковых уже бывшему боссу железячника, та осторожным движением прикоснулась к лицу Кори, намереваясь стереть с него кровь. Он, конечно, руку убрал, дабы ей не препятствовать.
- Мисс Фав, это было необязательно, - на выдохе произнес он, после чего положил чистую руку ей на плечо. Осторожно, стараясь не смутить её и не смутиться самому от возможно неловкого движения, - Я в порядке. Спасибо.
Пара багровых капель крови капнула на деревянный пол. Мужчина приложил руку под нос, надеясь, что кровь будет впитываться в красную ткань его рубашки, а не пачкать и без того грязный пол. Он поднялся на ноги, ибо строить из себя несчастную жертву не собирался.
- Не позорь себя, Коррин. Врач? Серьезно? А если ты сломаешь руку, то начнешь писать завещание?
Врача он не звал. Точно не он. Будь его воля, то он бы и стоял дальше с рукавом у носа или же и вовсе без рукава, неимоверно пафосно кровоточа. Едва различимый в гомоне толпы хохот вызвал лишь у него кривую ухмылку. Увы, не был он фанатом такого юмора, слишком глупым тот ему казался.
- Прошу прощения, Джесс, но я и без врача прекрасно справлюсь, - Он приложил ладонь свободной, левой руки к груди. Ему всё приходилось делать перерывы в речи, ибо смесь никак не желающей останавливаться крови и соплей в носу не позволяла нормально дышать, – Но тебе точно врач не помешает. Уже голоса мерещиться начинают.
Коррин сразу же перешел на «ты», не боясь уже каких-либо вскриков насчет уважения своего начальства и прочего дерьма. Он же ему больше не начальник!  Но и продолжать эти дебаты он не хотел. Это чем-то было похоже на южное болото – чем дальше заходишь, чем сложнее потом выбраться из него.
Только вот мисс Фав решила и дальше провоцировать мистера Нортона. Мужчина, после того как девушка закончила свою часть оскорблений и отошла от шерифа, подошел к ней и тихо, стараясь, чтоб никто их не услышал, произнес:
- Мисс Фаф, не рискуйте. Нейтральная территория не залог безопасности, - снова полный вдох грудью через рот, - Я влип – мне и расхлебывать. Вам не к чему тратить на это время.
Он краем глаза заметил, как особо любопытные тянули свои шеи в их сторону, но тут же возвращались на свое место, ничего толком не расслышав. Черти проклятые...

0

16

- Мисс Фаф, не рискуйте. Нейтральная территория не залог безопасности. Я влип – мне и расхлебывать. Вам не к чему тратить на это время, - услышала Норма, прежде чем вновь открыла рот. Передумала, прикусив губу, и позволяя хозяйке Цитадели самой разрешить исход ситуации. Невысокая и изящная Хелена уже стояла рядом, постукивая острым носком туфли по полу, и тяжёлым взглядом следя за шерифом Нортоном. Тот, кто хорошо знал с виду неопасную мадам Джексон, сейчас понял, что собирается гроза, и лучше искать себе убежище от её всеразрушающего гнева.
О, эта женщина умела злиться... Её боялись даже здоровые мужики-охранники. Что уж говорить о персонале, барменах, и прочих? Однако, Нортон явно не понимал во что ввязался, пока его "ласково" не подхватили под руки, настойчиво указывая на выход.
- Уважаемый гость, вы нарушили правила моего заведения, - прозвенел во внезапно образовавшейся тишине голос Хелены. Ледяной и беспристрастный, словно нерадивому идиоту уже выписали билет на эшафот, о чём милейшая мисс Хелена ему только что сообщила, - К моему разочарованию вынуждена сказать, что теперь здесь Вы - персона нон грата. Всего доброго, - категорично закончила она, повела круглым плечиком, и "мальчики", как она называла здоровенных детин напряглись, буравя Нортона маленькими глазками.
Он, кажется, ещё не совсем потерял чувство самосохранения, посему особо противиться не стал, бросив что-то злобное в сторону Коррина, которого Рита уже легко приобняла за плечи, показывая что это её гость, а не случайный алкоголик-смутьян. Мисс Хелена быстро извинилась перед ним, а после тихо что-то шепнула Рите, но что - услышала только она сама. Прошло несколько долгих томительных секунд, а на сцене уже заиграли какой-то очень лёгкий мотивчик. Гости медленно тянулись к своим местам, бару, выходу, но не толпились вокруг мисс Риты и помощника шерифа. Кажется, уже бывшего помощника.
- Сожалею что всё так вышло, - начала Норма, сделав пару шагов назад, и крутя в руках какую-то белую салфетку, - Идём.
Она не задавала вопросов о том, хочет ли он вообще куда-то идти, есть ли время - просто утвердительно кивнув сама себе повела его куда-то за плечо, вдоль залов, мимо бара, по коридору, пока за ними не закрылась дверь её личной гримёрки.
Тускло горел свет. В вазе на столе стояли какие-то живые цветы, наполняющие своим запахом маленькое пространство. Лёгкий запах ветроцвета ассоциировался у Нормы с лесом, которого она почти не видела, но сохранила детское воспоминание о том, что как-то раз тётка, сестра матери, взяла её вместе со своими детьми в поездку до соседней Южной Империи. Счастливые пару дней, тёплый ветер, несущий запах этих цветов...
Норма устало опустилась на высокий стул, закинув тощую ногу на ногу, - Он не первый раз на моих концертах. Были случаи, что он подсылал людей, только что б они попытались меня увезти и доставить к нему. Похотливая мразь не знает... - вздохнула она, потирая  длинными пальцами виски, - Только доказать ничего не получилось, а в прессе это дело замяли. Хелена не тронет тебя,
и не станет обвинять в случившемся, не волнуйся.

Норма сейчас совсем не была похожа на себя обычную, сексуальную и загадочную женщину со сцены. Она выглядела уставшей, разочарованной и в этом свете очень бледной. Впрочем, в жалости она нуждалась в последнюю очередь.

0

17

Зеваки и просто наблюдатели начали усердно двигаться в сторону, освобождая дорогу владелице заведенья. Низкая по сравнению с тем же Коррином женщина выглядела совсем негрозной, но только стоит обратить внимание на её глаза, полные недовольства, так сразу понимаешь, с кем имеешь дело. Того гляди уничтожит взглядом! Хотелось позорно скрыться где-нибудь в той же массе из людей, лишь бы не попадаться ей под горячую женскую руку.
- И не сомневаюсь, - прошипел он в ответ на брошенную злобную фразу уходящего из заведения шерифа. И скатертью дорога, как говорится.
Мужчина напряженно выдохнул, стоило только Маргарите прикоснуться своими почти, как ему казалось, невесомыми изящными руками к его плечу. Нервы были подобны струне: натяни сильнее, и они лопнут, издав грустное «трынь» напоследок. Судя по исходу разборок, на одно безопасное место в этой Империи стало больше. Бросив простое «Не стоит извиняться» хозяйке Цитадели, он переключил свое внимание на певицу. В руке она мяла белую салфетку. Неужели до сих пор нервничает?
- Оно и к лучшему, - невесело усмехнулся Корь в ответ на сожаление со стороны мисс Фав, равнодушным взглядом наблюдая за тем, как настроение толпы меняется, - Всё равно собирался подавать на увольнение по собственному желанию.
Ситуация постепенно приходила в норму. Со сцены уже можно было слышать приятный неторопливый мотив, в какой-то степени даже казалось, что музыканты намеренно избегали быстрого темпа. Люди разошлись по своим местам и обсуждали произошедшее. Кто-то перешептывался, кто-то вещал на повышенных тонах, а у некоторых и вовсе можно увидеть рожу, полную удовлетворения. Ох, и долго же они будут обсуждать эту тему! Скоро весь Громхэйв будет в курсе, будь проклят этот город.
Мисс Фав ненастойчиво вела его через залы в узкий коридор. Молча, бросив сказав только простое «Идем». А он и не пытался сопротивляться, лишь следовал рядом, периодически оборачиваясь на особенно громкие звуки.
Только после того, как дверь небольшого помещения за ним закрылась, он облегченно выдохнул. Дышать стало легче по сравнению с тем, как тяжелый воздух бара сжимал легкие в своих липких пальцах. Корь спиной облокотился на стену, устало проведя ладонью по лицу. Но даже в пропахшей южными цветами полутьме гримерки он не позволял себе расслабляться. Почему-то ожидал, что какой-нибудь особо наглый посетитель решит сунуть свой нос в маленькую комнатушку и нарушить хрупкое состояние покоя двоих в разной степени потрепанных сегодняшним вечером людей.
- Ну и вечерок, - озвучил свои мысли Коррин, утирая кровь с губ тыльной стороной ладони. От металлического вкуса её на языке хотелось экстренно чем-то прополоскать рот.
И что делать? На него зубы точит теперь одна из самых влиятельных фигур всего Запада. Работу на территории Громхэйва он уже точно не найдет, да и мирной жизни пока что придется забыть. Ох, не тому человеку ты дорогу перешел, парень. Что же делать...
- Он не первый раз на моих концертах. Были случаи, что он подсылал людей, только что б они попытались меня увезти и доставить к нему. Похотливая мразь не знает…
Голос мисс Фав выдернул его из раздумий. Коррин вопросительно поднял брови, отрывая взгляд от пола и переводя его на Маргариту. Что он не знает? Но продолжения фразы вслух он просить не стал. Захочет – скажет, не к чему здесь устраивать допрос с пристрастием. К тому же, один только вид её говорил о том, что она чертовски устала.
- Только доказать ничего не получилось, а в прессе это дело замяли. Хелена не тронет тебя, и не станет обвинять в случившемся, не волнуйся.
Не удивлен. Этот пёс умел заметать следы при крайней необходимости. Только страдали иногда от этого невинные люди.
- Главное, чтоб он на Вас не объявил охоту, - произнес он, поглядев с вялым интересом в сторону зеркала. Со вздохом он снял шляпу и покрутил её в руках. Со стороны он наверняка выглядел отнюдь не самым приятным образом. Разбитый нос, растрепанные волосы, щетина…

0

18

- Ну и вечерок, - протянул мужчина, утирая лицо. Норма только сейчас обратила внимание на то, что на его лице всё ещё осталась кровь от разбитого и немного припухшего носа. Она соскользнула со стула, и повернувшись спиной к гостю начала что-то искать на столике.
- Главное, чтоб он на Вас не объявил охоту, - услышала она, и удивлённо вскинула брови. Человек только что подписал себе приговор, а беспокоится о том, что охраняемую известную дамочку может достать длиннющая рука шерифа. Забавный, ничего не скажешь.
- Пусть попробует сначала поймать меня. Даже загнанный в угол зверь может оскалить зубы, - отозвалась Рита, наморщив нос. Она повернулась обратно к Коррину, и подошла к нему со стаканом воды и салфеткой, - Сиди и не дёргайся. Возможно будет больно, но надеюсь, что орать ты не будешь. Не хочу что б я прослыла мучительницей, - лицо её разгладилось и она даже негромко хохотнула.
Намочив краешек салфетки Норма положила ладонь на лоб мужчины, заставляя его откинуть голову назад, к свету, и быстрыми уверенными движениями начала стирать кровь с его лица.
Она была настолько близко, что он наверняка чувствовал тот же запах её парфюма, от которого морщился на улице. Что-то тёплое, немного пряное, сладкое, но не душно-тошное. Самой Рите он напоминал шоколадное печенье с корицей, которое, к слову, она очень любила.
Закончив с лицом она критически осмотрела его нос, взяв человека за подбородок и заставив повернуть голову, - Немного распух, но вроде не сломан. Жить будешь, - резюмировала она, после чего так же быстро отошла, швырнув салфетки в корзинку с мусором.
Внезапно тишину прервал стук в дверь. Норма вздрогнула, оборачиваясь к источнику звука, а после нерешительно подошла к двери, распахивая её. Маленький вертлявый человечек в тёмном пиджачке с лацканами начал быстро тараторить о том, что её ждут, что машина уже подана, что ему очень жаль что так вышло, что хозяйке тоже жаль... Испустив долгий усталый вздох мисс Фав отослала его короткой фразой, забыв поблагодарить. За что она любила местный персонал так это за то, что они все обладали этим прекрасным знанием того момента, когда нужно оставить клиента одного без лишнего слова, а когда нужно поднести ему к губам рюмку. Сейчас как раз был тот первый случай, когда Рита не хотела видеть никого, связанного с чёртовой Цитаделью. Даже Хелену.
Быстро подхватив со стула пальто, она сунула руку в карман и вытащила оттуда бумажный прямоугольник, протянув его Коррину, - Я хочу тебя отблагодарить. Я появлюсь в Саду на Карнавале. Если захочешь - найдёшь меня там.
Рита быстро обернулась через плечо, и накинула на плечи пальто, - Если нет... Я пойму. И всё-таки если ты явишься, то не забудь маску, - закончила она, не сводя взгляд с глаз Коррина. Больше не проронив ни слова она выскользнула из гримёрки, не боясь оставить там Коррина одного. Он слышал затихающее цоканье её каблучков, и растворившийся в воздухе запах духов.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Переход на территорию Западной Империи,
локация неизвестна.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Отредактировано Норма (2017-05-08 22:30:57)

0

19

- Бывало и хуже, - произнес он, кося глаза на белую салфетку в руках Маргариты, - Повезло вообще, что только носом отделался.
Парфюм, пусть даже и ненавязчиво, но щекотал ему нос. Каким бы приятным и нежным запах не был, от него хотелось побыстрее избавиться. Даже несмотря на то, что запах шёл от человека вполне себе нормального. Что поделать, не переносит он его.
Сам же Коррин расслабился, позволяя девушке стереть кровь с его лица. Какого-либо удовлетворения от этого процесса он не получил, правда. Наоборот, было в какой-то степени неловко за свою внезапную вспыльчивость, которая и привела его к таким последствиям.
Мужчина выдохнул и отпрянул ближе к стене, стоило мисс Фав отойти от него. Движение вышло резким, но он не хотел показать им свою неприязнь, не дайте Прародители ей так подумать!
Спустя недолгого момента тишины в дверь гримерки постучались. Постучались легонько, словно боялись потревожить. Корь отвернулся от неё, цепляясь взглядом за хрупкие цветы в вазе. Ему не было дела до того, что говорил человечек, стоящий за порогом. Не было дела до очередных сожалений о произошедшем, да и до чужих дел тоже дела не было.
- Я хочу тебя отблагодарить. Я появлюсь в Саду на Карнавале. Если захочешь - найдёшь меня там.
В себя он пришел, когда Маргарита уже накидывала на свои плечи пальто и собиралась покинуть Железную Цитадель. Взяв протянутую ему бумажку, он кивнул ей на прощание и проводил её удаляющуюся фигуру взглядом.
Пряный запах ненавистного ему парфюма словно тонким шлейфом поплыл за мисс Фав и ловко проскользнул в щель закрывающейся двери, оставляя Коррина наедине с ветроцветами и зеркалом в полутемной маленькой комнатушке.
- Карнавал, говорите? – произнес он с усмешкой, держа между пальцами пестрое приглашение. Из угла его на мужчину своими пустыми глазами взирала маска в форме диковинной птицы, обильно украшенной яркими перьями и невероятно богатыми тканями. И рядом изящным почерком…
«Приглашаем вас на Карнавал! Такое событие бывает только раз в году, не упустите свой шанс…»
Дочитывать он не стал. И так понимал, что бумажка в его руках активно приукрашивала значимость события, которое когда-то успело перерасти в традицию. Интересно, когда оно вообще стало таким важным? Коррин, дальше участка, дома и городской конюшни не ходивший, вообще без понятия, что творится в Империи, в которой он родился. Беспредел… ну, зато он держал в руках шанс — это самое незнание исправить.
А есть ли смысл туда идти? Шляпник осторожно сложил приглашение в карман брюк и направился в сторону двери. За ним проблемы буквально тянулись изящным длинным хвостом, отказываясь замедлиться хотя бы на шаг. Неизвестно ещё, что может случиться в ближайшие семь дней до заветного события.
К черту. Карнавал является залогом анонимности, этаким гарантом мнимой безопасности. Попытать удачу стоит, да и к тому же, с совсем недавним увольнением у него появилось много свободного времени. Впервые за этот вечер эта перепалка с шерифов заставила его улыбнуться краешком губ.
Положив руку на дверную ручку, он перед уходом беглым взглядом осмотрел гримерку. Убедившись, что он ничего не забыл, он вышел из небольшой комнатки и направился в сторону черного входа. Меньше всего сейчас хотелось светить лицом перед многочисленной толпой.
Стетсон же его остался сиротливо лежать на длинноногом стуле.

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Переход на территорию Западной Империи,
локация неизвестна.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

0

20

Хесса прибыла в Цитадель вместе со своей труппой еще вчера вечером. Она, и еще семь девушек-танцовщиц, были приглашены сюда в качестве гостей. Хес всем своим видом старалась не показывать волнения, которое не давало ей покоя. Это место было особенным по множеству причин. Поэтому выступление здесь было важно для Хессы. Хотя стоит отметить, что она всегда и везде выкладывалась на все 100%. И всегда на первое место ставила удовольствие, которое получала от того, что могла нести красоту и искусство в народ. Хотя в Цитадели были немного иные принципы, сюда приходили, чтобы получать удовольствие от созерцания красивых женских тел и мордашек.
Дабы не забивать свою головку лишними мыслями и переживаниями, Хесса уже с утра оттачивала свое сольное выступление. Пожалуй, для такого места оно могло показаться скучным, но это ничуть не смущало юную танцовщицу. В любой толпе можно найти единомышленника и того, кто оценит твое старание и красоту номера. Поэтому девушка кружилась в замысловатом танце с веерами, не замечая того, что происходит вокруг. Время летело очень быстро, его течение было не заметно в красивом рисунке танца, который полностью поглотил Хессу.
https://thumbs.gfycat.com/TanComfortableApe-size_restricted.gif

А из состояния высшего духовного и физического удовольствия, Хессу вырвал до боли знакомый голосок подруги.
- Кто-нибудь видел Хессу? Ей пора одеваться, а я никак не могу её найти! - щебетание за дверью заставило девушку улыбнуться. Хес ловко поймала пальчиками веер и одним движением его закрыла. Заправив веер за пояс, поспешила поправить растрепавшиеся волосы. Взгляд озорных глаз молнией стрельнул на часам над дверью. И правда, время близилось к обеду. Стоило как минимум поспешить, чтобы успеть принять ванну и привести себя в порядок. Одно одевание её замысловатых одеяний занимало по меньшей мере час, а то и больше. Не говоря уже о прическе и украшениях.
- Хесса! Клянусь всеми богами, когда найду тебя, то отшлепаю твоим же веером! - дверь распахнулась и на пороге стояла миловидная высокая блондинка. Хесса и Малика дружили с пяти лет, их дружба была крепкой словно камень.
- Не кричи ты так. Готова поклясться, что ты уже распугала тех, кто сидит за столиками в зале, - сдерживая улыбку, постаралась говорить как можно серьезнее.
- Очень смешно! Я, между прочим, о тебе беспокоюсь. Не успеешь одеться, и нам снова придется  прикрывать твою милую тощую пятую точку от посетителей и управляющей Цитаделью.
- Да иду я, иду, - подхватив полы светлого тренировочного платья, проскользнула в коридор. Малика тенью шла следом, продолжая трещать над ухом.
- Ты у меня в неоплатном долгу просто, дорогая. Я уже попросила погладить и приготовить твое платье. И ванную тебе набрала.
Хесса улыбнулась, продолжая скользить по коридорам и огибая частых встречных актеров и певиц, которые также спешили и готовились к выступлениям.
- Я ценю твою помощь, Малика, - кинула через плечо, входя в ванную комнату и спешно скидывая одежду, - без тебя бы,
меня бы тут и не было уже. Так что спасибо тебе.

- И как ты умудряешься всегда быть такой спокойной? Просто как в каменную стену стучусь, причем каждый раз так, - блондинка наигранно вздохнула. Хесса прекрасно понимала, что подруга бурчит не со зла, а скорее просто для приличия. Их дружба давно испытана годами.
- Вот учись у меня. А сейчас, с твоего позволения, я приму ванну, - тяжелая деревянная дверь громко захлопнулась перед лицом блондинки. Недовольный возглас которой, Хес тут же услышала. Тихо посмеявшись, все же поспешила раздеться и забраться в ванну. Теплая вода тут же коснулась кожи и породила сотню мурашек, которые добежали до самой шеи. Хесса тихо довольно пискнула, погрузившись в воду целиком. Приятное тепло тут же заставило мышцы расслабиться, а отягощающие мысли тут же словно смыло. Хесса уже мысленно видела свое выступление, теперь в её сердце зародилось лишь нетерпение и желание скорее оказаться на сцене. Не давая себе возможности снова потерять счет времени, Хесса быстро намылилась ароматным мылом. Поспешив закончить с ванными процедурами, девушка покинула комнату и направилась в сторону гримировочной.
Усевшись перед большим освященным зеркалом, Хесса подняла глаза на свое отражение. Сейчас она была естественна, но через час её макияж будет привлекать массу внимания. А яркий замысловатый образ и вовсе скроет истинную натуру танцовщицы.
- Что ж, приступим, - взяв большую пушистую кисть, опустила её в баночку с сияющей пудрой.

Отредактировано Хесса (2017-12-30 15:58:10)

0

21

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Переход из неизвестной локации.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Зима на Западе - странная вещь. Вроде бы, если смотреть из Бурдатоса на покрытые снегом, словно сахарной пудрой, верхушки Северных хребтов, то начинаешь думать о том, что скоро всё вокруг будет завалено снегом, дети будут лепить снеговиков, а мека-животные нещадно ржаветь в сугробах. Но у Покровителей, видимо, были свои принципы и свои пожелания, а поэтому Запад они решили сделать прототипом Юга, только в разы суше, и гораздо менее плодородным.
В чём отличие зимы от, скажем, лета здесь? Зимой температура чуть ниже, ветер становится холоднее, и продолжительность светового дня сокращается. За сим всё. Когда Восточные гости видят в конце двенадцатого месяца легко одетых железячников, которые в открытых туфлях бродят по украшенному иллюминацией городу, и выбирают подарки, то наступает минута диссонанса.
Вот и сейчас на Западе, разве что, стало прохладнее на пять-семь градусов, и холодный ветер пробирался под одежду, смущая мурашками привыкших к теплу западников. Автомобиль водителя Хелены остановился у Железной Цитадели. Холёный водитель вышел первым, после чего обошёл машину, открывая дверь для гостьи. Она без лишнего жеманства вышла из автомобиля, и поплотнее запахнула кофту из тоненькой шерсти, накинутую на простое платье. Почему же Фав, заявленная одной из главных гостей, явилась на праздник жизни так скромно, и что более удивительно для журналистов и прочего сброда, так рано?
Ответ на этот вопрос лежал на поверхности. Её и команду музыкантов ждало много работы, начиная от расстановки света, и заканчивая последней репетицией, в пустом дальнем зале Цитадели.
http://s9.uploads.ru/vr6CD.gif
Она быстро добралась до чёрного входа, и прошмыгнула внутрь громады бара, любимого всем западным людом. Её не встречали; да и не нужно было ей сопровождения. Она знала в Цитадели каждый уголочек, каждый закоулок, поэтому гримёрку нашла без труда. Опустилась на мягкий пуфик в углу, кинула сумку на столик, и к ней же свою кофту. Рядом с зеркалом её ждал наряд, приготовленный Хеленой и её личной портнихой по меркам Нормы. Однотонное чёрное платье с открытыми плечами, узкие туфли-лодочки, нить жемчуга. Достаточно элегантно и просто, как раз в духе строгой хозяйки этого места. Не слишком празднично, конечно, но достаточно официально.
Впрочем, даже если бы она решила одеть Риту в мешок из-под луковиц, то её, скорее всего, встретили бы с не меньшим энтузиазмом. Во всяком случае, ей хотелось на это надеяться. Женщина ещё немного позволила себе посидеть на пуфике, прежде чем она встала, оправила юбку, и подошла к зеркалу, что бы поправить макияж. Пока что она была накрашена крайне сдержано и повседневно, и ей хватило лишь подкрасить губы светло-персиковой помадой.
Помедлив и посмотрев себе в глаза ещё раз, она развернулась, и решительно вышла, заперев за собой дверь.
Работа не ждала, а если Коррин явится раньше назначенного, то подождёт её рядом с гримёркой, или догадается спросить у охраны, где Фав. К счастью, она успела предупредить Хелену о госте.

0

22

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Переход из неизвестной локации.
- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

Привет, зима!
Хотя, это безобразие трудно зимой-то назвать. Так, тот же Запад, только чуть-чуть холоднее. Но суть не в этом. Суть в том, что и так похожий на муравейник Громхэйв становился только живее. В него начали съезжаться туристы разных рас и Империй, прознав про падение температуры до комфортных им 23 градусов, маленькие лавчонки, что обычно ютились в телегах с запряженными в них мека-конями, начали плодиться с увеличенной скоростью. На них можно было наткнуться везде - даже за углом Вашего дома можно будет найти одну. Трудолюбивая же часть железячного народа видит лишь в похолодании очередную перспективу поработать чуть подольше, чем обычно.
Ах, а ещё Новый Год уверенно приближался. На окнах уже висели красивые украшения абсолютно всех возможных и невозможных цветов, в крупных лавках начались крышесносные акции в честь праздника, да и сам по себе воздух начал пахнуть как-то… по особенному. К обычной смеси сухой пыли и густого дыма примешивался сильный запах сладкой тягучей карамели и пышных новогодних булочек… Смесь достаточно специфичная, и для непривычного к этому человека она вряд ли вызовет весь этот яркий спектр позитивных эмоций, которые обычно выражает коренной народ.

На пути Коррина словно назло расположился очередной мини-базар. Дети, молодые девушки и парни, бабульки с дедульками, и всех их много! Мужчина даже пытался поглядеть, что же там такого интересного за бесценок продают, да вот не смог - люди постоянно тянут руки, закрывая своими цепкими ладонями весь товар. Шляпнику оставалось лишь стиснуть зубы в раздражении и начать пробиваться сквозь густую толпу людей. Путь до Цитадели обещал быть долгим.

На подходе к бару мужчина облегченно выдохнул. В квартале Красных Огней было относительно тихо и спокойно в столь раннее время суток. Корь поправил свой плащ, что успел неплохо помяться во время увлекательного путешествия через многочисленные толпы обезумевших от скидок людей. На обратном пути он железобетонно решил для себя, что он поймает хоть того же всадника на мека-коне, ибо перспектива протискиваться сквозь тесные ряды жадных до дешевого людей его абсолютно не радовала.
У массивной двери в Цитадель он приветственно кивнул бугаю, что уже стоял на смене. Его Коррин вроде как узнал - вроде, это был тот самый парень, что вывел отсюда Нортона месяц назад. Процедура проверки даже времени много не заняла - произнесенное имя открыло перед ним украшенные златом двери популярного заведения. Снаружи же сам по себе бар мало поменялся - лишь освещение стало чуть ярче, да вход был украшен двумя пихтами.
Добравшись до гримерки, Коррин обнаружил для себя, что дверь в комнатку Нормы была закрыта. Допрос оказавшегося неподалеку дал достаточно информации, чтоб примерно прикинуть все возможные варианты, на которые можно потратить свое время. Или подождать у гримерки, или же наглым образом пойти и прервать всю работу своим внезапных появлением.
Он выбрал первое. Жаль, что нельзя прямо здесь закурить, но он определенно сможет найти себе развлечение в этом месте.

0

23

-----переход из неизвестной локации---------
Заплатив извозчику, Максвелл легко выскочил из наемного фаэтона и огляделся. Люди вокруг сновали, восторженно щебеча, охваченные радостным возбуждением в преддверии наступающего праздника. Западники вообще народ шумный и любящий праздники, а уж Новый Год отмечался со вселенским масштабом. Везде мелькали огни, звучала западающая в разум музыка, шумно рекламировали свой товар торговцы всех мастей. Этот хоровод захватывал любого жителя сухого Запада, раз в году менявшего серую прожаренную солнцем пыль на пряный запах лакомств.
Любого, но не Оуэлла-младшего.
Вчерашний богатый на события день все никак не желал отпускать парня в этот редкий для помощника шерифа выходной день. Нет, нельзя сказать, будто Макс особо утруждается на работе. Скорее, это было даже наоборот - работа утруждалась бездельником-парнем. Впрочем, свежеобретенная "дружба" с Джессом давала лентяю такие привилегии.
Но, опять-таки, не в этот раз.
В внутреннем кармане черной кожаной, отнюдь не форменной, жилетки покоился шерифский револьвер. Он будто прожигал ткань, и чувствовался совсем не так, как привычное табельное оружие. У него была своя роль, отведенная легким капризом Нортона, и роль эта более чем предполагала участие Максвелла, так и не решившего, как поступить. Был соблазн забыть револьвер дома - это бы решило дилемму... Но не решило бы открытый вопрос о будущем парня.
А веселый люд кружил по улицам, хватал с витрин предполагаемые подарки для своих близких, и ни сном, ни духом не ведал о том, что один из толпы пришел сюда вовсе не развлекаться.
"Черт тебя побери, Джесс Нортон! Было бы справедливо пустить эту пулю в твою голову."
Это не проблеск совести, это нечто иное. Наверное, желание прекратить зависимость, пусть и добровольную, от хитреца-шерифа, растянувшего свою паутину над Громхейвом.
Но на такое пороха у парня точно не хватит.
Оказавшись возле входа в Цитадель, Максвелл недовольным взглядом окинул очередь. Что, здесь есть кто-то, способный отстоять ее до конца? Так ведь и состариться можно... И тогда парень, где работая локтями, где сверкая своей лучшей улыбкой, пробрался к самому началу людской змеи. Бугаи-секьюрити было нахмурились, но кодовые слова у Оуэлла уже были наготове.
И они сработали.
Парень оказался внутри быстрее, чем успел мысленно проговорить "Покровители, похороните Нортона". И его даже не обыскали, хотя громилы на входе проворачивали это с некоторыми гостями. Весьма рандомно, насколько успел отметить Макс. Надо же, а он даже не подумал об этой возможности! А что, если бы выбор великанов пал на него, и они бы обнаружили пистолет? Хотя, Оуэллу готовиться не надо, он легко умеет выпутываться из различных ситуаций. В конце концов, жетончик помощника шерифа, и пара слов о работе... Прокатило бы? Вряд ли.
Хотя, какая к дьяволу разница, он уже внутри.

0

24

Время... самая драгоценная и безудержная валюта мира. Его всегда мало, а его бег почти неуловим. А уж юная танцовщица, которой его всегда было мало, как полагается потеряла ему счет. Подняв подведенные черной подводкой глаза, зацепилась взглядом за стрелку часов. Сначала за одну, затем за вторую. В голове быстро произошел не сложный подсчет, и миндалевидные глаза Хес тут же округлились. Без четверти восемь! И как она умудрилась снова не заметить, что опаздывает? И ведь Малика еще молчит. Хотя ее светловолосая подруга тоже иногда страдает подобной болезнью. И почему-то сейчас, Хесса была уверена в том, что Малика в скором времени также запищит от негодования. Улыбнувшись своим мыслям, быстро взглянула на свое отражение в зеркале. Кожа девушки была не естественно бледна, благодаря гриму. Тонкая линия стрелок подчеркивала ярко-серые глаза танцовщицы. Ярко-алая помада броским пятном выделялась на лице. С одной стороны ничего сложного и необычного, но в тоже время довести подобное до идеала стоит не мало, опять таки, времени. Длинные черные волосы Хес предпочла убрать в высокий пучок, скрепленный сияющими заколками и красивым жемчужным гребнем. Может её образ и необычен для публики данного места, но порой экзотика тоже хорошо. Довольно кивнув своему отражению, ловко поднялась из-за столика. Радовала мысль о том, что Хес выступала не первой, да и далеко не последующей. Выйдет она на сцену не раньше девяти, а того гляди и позже. Поэтому сейчас можно было точно не спешить, а походить и поглазеть по артистам, которые сегодня ведут вечер. Любопытство всегда было одним из главных качеств девушки, поэтому в этом она себе никогда не отказывала.
Решив все же не портить себе более вечер спешками, Хесса решила сразу одеться. Пускай будет не так удобно, но зато она заранее будет готова. Да и волнение в сценическом образе всегда менее заметно. Как ни крути, а это уже маска, которая задает манеру поведения. Сегодня Хес выступала в белоснежном кимоно, таком же кипельно-белом, как и её лицо. А вот украшали этот наряд, разноцветные атласные ленты, которые в танце должны были извиваться словно пёстрые змеи. Голубые, темно-синие и ярко-алые, они были повязаны на рукава и пояс. При должном исполнении номера, она будут жить своей жизнью и только подчеркивать красоту движений. А, мерцающие золотом веера, будут разбавлять эту пестроту своим сиянием в свете софитов.
Потратив на сборы еще не мало времени, Хесса покинула маленькую комнатушку с зеркалом и направилась за кулисы. Сейчас она чувствовала себя словно маленькая девочка, попавшая в волшебный мир артистов, певцов и танцовщиц. Сдержав улыбку, ловко юркнула туда, где толпилась основная часть народа, готовящаяся к своим номерам. Эмоции, которые испытывал каждый, перед выходом на сцену, были неописуемо прекрасны. Это и желание выступить на высоте, и волнение, смешанное с легким страхом, который казалось, щекотал где-то под желудком. Щеки слегка горели, а в глазах каждого присутствовал озорной блеск. Возможно, только Хес так чувствовала себя каждый раз. Но в глубине души она надеялась, что подобную магию ощущали и все вокруг. Оказавшись непосредственно за кулисами сцены, приподнялась на носочки, дабы посмотреть, что же там все таки происходит. Тонкие пальчики нервно теребили ручки вееров, что были заткнуты за пояс. Яркий свет, громкие голоса зрителей, ритмичная и красивая музыка... со сцены буквально повеяло праздничной атмосферой. Да и к тому же, праздники ведь на дворе. Настроение тут же взметнулось к небесам, заставив Хессу лучезарно улыбнуться и тихо посмеяться.  С присущим ей интересом, девушка внимательно наблюдала за всем, что происходили перед ее глазами. И впитывала все, словно губка, стараясь сдержать радость, что именно сегодня так рьяно рвалась наружу.

0

25

Народу в Железную Цитадель прибывало всё больше и больше. Волны людей, щебечущих, болтающих, кричащих, торопящихся, прокатывались по широким коридорам громады бара, огибая Риту, как лежащий на берегу камень. Большинство из них были артистами: танцорами труппы Хелены, танцорами приглашённых трупп, гимнастами и акробатами, ведущими крайне пышного, брызжущего весельем, торжества. Что-что, а праздники местная хозяйка просто обожала, и если уж бралась за организацию чего-то торжественного, всемирно-праздничного в стенах своего заведения, то размах поражал даже самых искушённых.
Рита забегала к хозяйке, для того, что бы кое с чем ей помочь, и уже видела всё великолепие. Если заходить с парадного входа, то можно подумать, что Хелена не особо заботилась об украшениях: две привезённых с юга пушистых пихты в больших глиняных горшках по обеим сторонам от огромных стеклянных дверей, и тонкая сеть ярких лампочек, украшающая выступающую надо входом часть крыши. Минуя дверь, и попадая в широкий коридор, ведущий к гардеробной комнате, можно было увидеть то же самое, что и обычно, без новогодних излишеств. На этом всё. Ни яркой мишуры, ни плакатов с поздравлениями, развешанных по остальной части города, и в том числе, и по соседствующему Кварталу Красных Огней, гнезду разврата и развлечений.
Однако едва гости бы избавлялись от ненужной верхней одежды, и два лакея, одетых в отглаженные, с иголочки, алые фраки, отворяли перед ними двери, ведущие в главный зал, то...
За дверью, словно открывался портал в другой мир. Официантки, в коротких красных платьишках с пущенным по краю пушистым белым мехом, снующие туда-сюда, и предлагающие напитки и закуски, украшенная огромная сцена, и самое главное - те же живые пихты, наполняющие воздух терпким хвойным запахом.
Когда Рита переступила порог, то для гостей двери были ещё закрыты, и внутри не было так громко, как сейчас. Однако, едва прозвучали со сцены первые аккорды, лакеи распахнули двери, встречая новых и новых гостей. Тут были все известные личности Запада, гости из других Империй, и разный люд, урвавший кусочек праздника каким-то ещё путём. Кто-то приобрёл приглашение по знакомству, кто-то был близким, но неизвестным другом акул Запада, а кто-то даже удостоился приглашения выступающих, как Макс и Коррин, или даже бумажной открытки с правом прохода от самой Хелены Фонтейн.
Рита выглянула за занавес, в крохотную щёлочку. Народу уже набралось невообразимое количество, и это только в одном зале! Она глубоко вдохнула, и резко развернулась на каблучках; подглядывать, несомненно, было бы интереснее, но дела не ждут. Коротенькую репетицию в дальнем зале она и музыканты успели провести ещё до того, как открылись двери, а поэтому ей оставалось, разве что, накраситься, и одеть свой сценический наряд, с маской сучки-Фав, в качестве бесплатного бонуса.
Уходить не хотелось, и идти переодеваться, вместо того, что бы смотреть на выступающих, ей казалось, буквально несправедливым! С тоской глянув на собравшуюся пёструю толпу, Рита вздохнула. Взгляд зацепился за белое кимоно, и за тёмную макушку кого-то, видимо, из танцоров. Рита подошла чуть ближе, оценивающим взглядом окидывая незнакомую, должно быть, танцовщицу. Она выглядела настолько необычно, и настолько радостно, что невольно улыбнулась и Норма, однако, заговаривать не стала - не было времени.
- Фав, и какого чёрта? - внезапно рука легла ей на плечо, и Рита едва не подпрыгнула, почувствовав себя уличённой в чём-то незаконном. Но ведь ничего такого она не... - Зная, сколько твоя милая мордашка будет собираться, это просто преступление, стоять здесь и тратить время впустую.
Хелена. Собственной персоной. Улыбка Нормы стала ещё шире, она обернулась на звук, и легко обняла женщину, которая лишь казалось грозной. В ответ, Фонтейн похлопала её по спине, улыбаясь так же широко в ответ. Они обе знали, что Рита не опоздает ни на секунду, но соблюдение приличий... - Бегом собираться, птичка.
- Есть, капитан! - отчеканила Рита, шутливо отдавая честь женщине. Что ж, раз понаблюдать за артистами больше нельзя, то... Рита немного нехотя, но всё же пошла в сторону гримёрки. Не дойдя десяток шагов, она заметила кого-то, стоящего спиной, прямо напротив входа в комнату, на которой значилось "Рита Фав". При приближении, этим "кем-то" оказался Коррин. Рита тронула его за руку.
- Идём внутрь. Не очень хорошо, что тебя уже кто-то, да видел тут, но... - не договаривая, она отперла дверь, и сначала запустила мужчину, а после и зашла сама. Указав ему на кресло, Рита села к зеркалу, приступая к макияжу, и ожидая, чего же расскажет ей бывший помощник шерифа, - Что-то уже увидел? Макс или шериф тут?

0

26

А время всё шло. Он ходил туда-сюда, поглядывая то на свои старенькие наручные часы, то в сторону двери, ведущего на выход из этого коридора. За ней уже можно было слышать нарастающий гул - на пышный праздник в честь начала нового, ничем не омраченного года ожидалось много гостей. И это было Коррину и на пользу, и во вред. Он может легко затеряться в толпе, особо не светясь перед глазами Оуэлла, но и этот же Оуэлл может поступить так же. Получится совершенно глупая и неуместная игра в “кошки-мышки”, в которой даже роли ещё четко не расставлены. Мужчина непроизвольно остановился и начал стучать носом ботинка, погружаясь в мыслительные процессы, что забурлили у него в голове.
Надолго, правда, задуматься не получилось. Чье-то прикосновение к его руке, можно сказать, вытащило из затягивающего моря сомнений, планов и стратегий.
- Идём внутрь. Не очень хорошо, что тебя уже кто-то, да видел тут, но...
- Словно меня впервые видят тут, - хмыкнул он в ответ, заходя в небольшое помещения. Здесь особо ничего не поменялось, только вот нежный запах южных ветроцветов пропал. Цветы - создания не вечные и очень хрупкие. Скорее всего их просто-напросто выбросили, когда пришло время. А жаль, они придавали особенный шарм ко всей этой атмосфере маленького островка спокойствия и безопасности.
- Что-то уже увидел? Макс или шериф тут?
- Нет, ни богатых машин, ни суровых толстых мужиков в стетсоне, - он не стал присаживаться на указанное Нормой кресло, лишь закинул на него свое серый плащ, освобождая руки от ненужного веса, - Но гостей уже впускают. Не думаю, что Нортон или этот парень упустят возможность оказаться в первых рядах.
Про Джесса, возможно, это было верное утверждение, но вот про новенького помощника это была скорее догадка, чем обоснованный чем-то факт. Если бы он хотя бы примерно знал, что из себя этот человек представляет!..
Он не будет долго задерживаться в этом помещении. Как только мисс Фав - ни в коем случае Рейган! - завершит свои макияжные процедуры и начнет выходить из гримерки, он тут же выпорхнет отсюда. Его тут не было, о чем может быть речь?
Хотя, тот охранник, с которым он любезно разговорился перед тем, как продолжить свое скромное ожидание у комнат актеров, скажет обратное. Что ж, это был крайне непродуманный поступок.
- Вам стоит быть осторожнее, - произнес шляпник без шляпы, заглядывая в зеркало, перед которым сейчас сидела певица, - Народу сегодня море, и я не обещаю, что смогу вовремя среагировать.

0

27

Но даже отнюдь не радостные мысли не сумели затмить собой царившую внутри атмосферу. Отовсюду звучали людские голоса разной степени трезвости. Жеманно хихикали принарядившиеся женщины, опираясь на локоток своих спутников, шумно спорили трое мужчин в углу, выпуская колечки ароматного сигарного дыма. Украшенные стены бара, фоновая музыка, и яркие помостки, пока еще пустые. Занавес был задернут, но это пока. Скоро из-за кулис устремятся баловать публику длинноногие красотки, гибкие танцовщицы, может, даже фокусницы, и, как вишенка на праздничном торте,  - несравненная певица Запада, мисс Маргарита Фав - так гласили афиши, обещавшие неземной вечер всем, купившим билеты на это шоу. Что ж, Макс им верил, этим афишам. Новогодний праздник всегда отмечался с особым размахом.
Вдыхая хвойные ароматы, Оуэлл прошел вглубь помещения, позволяя себе отвлечься и забыть о задании шерифа. Это было не так то и просто, особенно если учитывать тот факт, что заявленные сутки истекали всего через несколько часов. И тогда нужно было сделать выбор. Что важнее? Чистые руки, или грязный значок?
Будь проклят этот Нортон с его импульсивностью!
Я_не_убийца - повторяй эту мантру, Максвелл Сэт Оуэлл, и уповай на Судьбу, которая всегда была благосклонна к маленькому мерзавцу.
- Максвелл! - Знакомый голос прозвучал совсем рядом, над ухом, и рука легла на плечо.
Помощник шерифа почувствовал себя ребенком, желающим поджать хвост. Нет, это был вовсе не Джесс Нортон, как того следовало бы ожидать по классике жанра. Ну почему, почему этот человек сегодня тоже здесь?!
- Отец? - Радостно-удивленно отозвался Макс, оборачиваясь к Сэту. Хотя, сказать по правде, ни капли радости за душой не было. Только досада, да ощущение несправедливости. - Я не думал тебя здесь увидеть. -
Цепкий взгляд Оуэлла-старшего окинул сына, примечая и однотонность черных одежд, и полурасстегнутый воротник рубашки (верх неприличия!), и даже столь нелюбимую отцом прическу - длинные волосы, стянутые в конский хвост. Уж про серьгу и татуировки упоминать вовсе не хотелось. Сплошное разочарование для чопорного Сэта и не менее зацикленной на внешних приличиях Оливии. Положение в обществе, не дай Покровители, соседи косо глянут... Макс наелся этого всего за двадцать три прожитых в семье года. Мозг ему выносили ежедневно и качественно. Благо, парень умело скрывал свои похождения, и для соседей казался тихим и воспитанным мальчиком, занимающимся только учебой. Вообще днем носа из дома не кажет! Только вот невдомек им было, что жизнь начинается после заката.
Все это ураганом пронеслось в голове за те секунды, пока Сэт молчал.
"Наверняка он - один из спонсоров мероприятия. Или почетный гость. Или все и сразу.
Или тот, кто помешает мне выполнить работу..."

Вот скандальчик то будет! На первые полосы всех газет.
Благо, Сэт Иствелл - человек крайне занятой. И вот общение отца и сына оказалось прерванным. Какой-то тип в пиджачке оказался рядом быстрее, чем аль с посланием.
- Извини, Максвелл, у меня здесь встреча. - У него всегда и везде встречи. Как он умудрился сына то сделать, как время выкроил!
Пробормотав что-то наподобие "да-да, я все понимаю, дела в первую очередь", парень скрылся в толпе. И лишь тогда с облегчением выдохнул. К дьяволу такие приятные сюрпризы! Осталось только Джесса встретить, и пасьянс будет сложен. Внимание, выпала пиковая дама, выбросьте в урну свой револьвер.
Как оказалось, парень, лавируя сквозь толпу, пробрался аж к самой сцене. Нет, не то что бы он мог коснуться ее, протяни руку, но это определенно называется дорогостоящими словами "первые ряды".

0

28

- Вот ты где! А я уж было снова тебя потеряла, - Хесса аж подпрыгнула от неожиданности, услышав за спиной голос своей верной подружки. Она на столько увлеклась наблюдением за сценой, что словно потеряла связь с реальностью вокруг. Такое бывало с нею часто, а Малика каждый раз любезно возвращала её с небес на землю. Вот и в этот раз блондинка выполнила свою кармическую задачу, вернув внимание Хес к событиям, что происходили вокруг. Улыбнувшись своей беспечности, обернулась к говорившей блондинке. Взгляд остановился на ярко-алом корсете с черными рюшами и длинной пышной юбке. Мягкие белоснежные локоны Малики спадали до плеч, а яркий макияж привлекал внимание к красивому лицу. Для Хессы подобный наряд был слишком откровенным, но она всегда признавала тот факт, что её подруге такой образ к лицу.
- Мы с девочками скоро на сцену, не теряйся. Сегодня большой праздник, нужно выступить с блеском, - подмигнув пушистыми накладными ресницами, Малика проскользнула ближе к сцене, оставив Хессу снова наедине с собой.
Музыка загремела громче, со сцены послышался голос одного из многочисленных ведущих. Любой, кто выходил на сцену, был одет с иголочки. И они не были исключением. Свет ярких прожекторов сфокусировался на сцене, в зале стало значительно темнее. Праздничная программа вот-вот начнется, в груди что-то ёкнуло. Хес тряхнула головой, отгоняя от себя тень беспокойства. Поспешив уйти дальше за кулисы, дабы не мешать тем, кто готовился выйти на сцену следующими, присела на небольшой пуфик в углу. Сложив руки в замок, сцепила тонкие пальчики вместе. Сейчас они были холодными словно лед. Они всегда были такими, когда Хесса волновалась. Кровь моментально отливала от рук и лица, делая девушку по не здоровому бледной. Похлопав себя по щекам пальцами, поспешила вернуть себя в чувства. И отчего она так постоянно волнуется? Резко поднявшись, преисполнилась решительности выступить сегодня как никогда хорошо. Тем более Малика вышла первой, а значит уже было спокойнее на душе.
Решив скоротать время, достала из-за пояса свои веера. C любовью погладив их ручки, развернула оба веера и удобнее их перехватила. Музыка со сцены не была подобной её репертуара, но была гармоничной и ритмичной. Поймав "волну", подкинула веер в воздух и закрутилась в незамысловатом танце в углу комнаты. Это был единственный способ привести мысли в порядок и успокоиться, и Хесса именно так всегда и поступала. Время снова полетело с неизмеримой быстротой, приближая время выходу на сцену.
Кто-то тронул её за плечо, заставив тут же поймать веер. Хес обернулся, устремив вопросительный взгляд на того, кто пытался привлечь её внимания. Но то был незнакомый юноша, в красивом красном фраке.
- Это ведь вы Хесса? - девушка кротко кивнула в ответ, - вы выступаете через номер. Будьте готовы.
- Хорошо, спасибо, - улыбнувшись, проводила молодого человека теплым взглядом. Стоило бы поправить прическу и ленты, которые едва заметно растрепались. Подхватив подол своего узкого белоснежного кимоно, поспешила к зеркалу. Мимолетно взглянув на свое отражение, с радостью отметила, что прическа осталась безупречна. Бережно положив веера на столик, ловкими движениями подтянула мягкие разноцветные ленточки, что украшали её образ и придавали яркости. Хороший слух уловил смену музыки на сцене, она следующая... Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, снова улыбнулась себе в зеркало.
"Все будет хорошо. Главное получить удовольствие от того, что я делаю," - подумала про себя и в мгновение ока ощутила некое умиротворение и спокойствие. Подхватив веера, юркнула в сторону сцены. Протиснувшись через артистов, остановилась на уровне красивых бархатных штор, которые скрывали за собой таинственный и прекрасный мир кулис.
Яркое выступление на сцене довольно быстро, по меркам Хессы, закончилось. Так всегда казалось, когда проводишь время в ожидании. Оно либо тянется, либо летит с сумасшедшей скоростью. Перед гостями снова появился ведущий, обворожительная улыбка которого вызвала очередную бурю рукоплесканий.
- А сейчас, дамы и господа, Вашему вниманию представится нежный и трогательный номер одной из наших приглашенных гостьей.
Откиньтесь на ваших креслах и отдохните от яркости окружающего мира. Приветствуйте, Ночная Лилия, леди Хесса, -
вряд ли её имя было известным в подобных рядах, но вежливость гостей этого места уже заранее была оценена девушкой. Её встретили должными аплодисментами, развеяв все сомнения, что еще оставались в юной душе.
Яркий свет сошел на нет, оставив на сцене лишь ореол от белого света прожектора. Зазвучала легкая мелодия, которая тут же устремилась в зал, обтекая все пространство и ища ответную реакцию в сердцах тех, кто присутствовал сегодня в Железной Цитадели. Словно лодочка на спокойных волнах, Хесса выплыла на сцену. Её образ был необычен, но гармоничен с мелодией и тем, что она делала на сцене.

Музыка и пример номера

Как только музыка смолкла, Хесса замерла на сцене. Зал не сразу зааплодировал, но та секунда тишины была прекрасна. Хес буквально слышала спокойное биение своего сердца. После до слуха тут же донеслись громкие аплодисменты, которые заставили девушку широко улыбнуться. Сдержанно поклонившись, Хес медленным мягким шагом покинула сцену. И в душе юной актрисы тут же пронесся буран эмоций, захлестнувший её с головой.
- Ура! - воскликнула, подпрыгнув от удовольствия и довольно посмеявшись. В глазах Хессы скользил огонек радости и полного счастья, с которым она теперь взирала на все, что было вокруг неё.

Отредактировано Хесса (2018-01-06 13:28:26)

0

29

Ежегодное буйство предновогодних красок - любимое время Риты. Приподнятое настроение, чудесные наряды, весёлый народ, подарки... Даже обычно равнодушная к подобному западная певица проникалась всеобщим весельем. Единственное, что омрачало немного эту чудесную ночь - невозможность сидеть там, в пышно разукрашенном зале, потягивать коктейль, глубоко вдыхать еловый запах с примесью чего-то сладкого, должно быть, любимых цветов Фонтейн, доставленных сюда аж с Юга.
Вместо этого ей приходилось краситься, и проводить время в приготовлениях, вместо того, что бы наслаждаться заслуженным за год отдыхом. Жаль, но ничего не поделаешь. Эта ночь принесёт ей денег больше, чем три обычных выступления. Оно и понятно: билеты покупаются за невообразимые цены, и все сливки Западного общества вместе с дорогими гостями из других Империй, пытаются сунуть побольше купюр, с целью заполучить лучшее место. А лучшие, конечно же, у сцены.
У сцены, где скоро будет блистать "несравненная Фав", если, конечно же, не упадёт, не забудет слова, или, скажем, не свалит кусок декораций вместе с огромными лампами. Или если прямо сейчас на неё не свалится с потолка доска. Или кирпич. Или из чего сделаны вообще эти потолки в Цитадели? Рита подняла голову лишь на секунду, но увидела только тёмно-бордовую поверхность, не то чем-то обитую, не то так покрашенную? Бес их разберёшь в полутьме.
Она опустила голову, и встретилась взглядом со своим отражением.
- Нет, ни богатых машин, ни суровых толстых мужиков в стетсоне. Но гостей уже впускают. Не думаю, что Нортон или этот парень упустят возможность оказаться в первых рядах, - отрапортовал Коррин, устроившийся стоя где-то за её спиной. Её это не очень напрягало, хотя обычно на такое она бы обязательно огрызнулась. Что-что, а вот подглядывание в зеркало за тем, как она красится, её буквально бесило.
- Хорошо. Это отличные новости... Во всяком случае пока. Может они решили, что перегнули палку, и отступились? - с надеждой начала она, а после сама себя одёрнула, - Хотя это чушь. Едва ли Нортонн так просто отступится. Должно быть, это затишье перед бурей. Перед бурей, к которой я готова.
- Вам стоит быть осторожнее. Народу сегодня море, и я не обещаю, что смогу вовремя среагировать, - ей на секунду показалось, что Коррин крайне взволнован, но держался он, вроде бы, неплохо. Это внимание Риту очень трогало. Это не было похоже на защиту бугаев Фонтейн, которым было приказано - они и делали. Он... Правда за неё боялся?
- Я буду осторожной, Коррин, - заверила она, разворачиваясь, - Тем более, когда у меня такая защита.
Сценический макияж был готов; накрашена она была чуть ярче, чем надо для повседневной жизни, однако это выглядело достаточно органично. Классические чёрные стрелки, алая помада, крупные платиновые кудри - обычная составляющая её образа. Она немного помедлила, после чего отправилась за высокую ширму. Максимум, что мог увидеть Коррин - её силуэт, облачающийся в платье. Открытые белые плечи, плотно облегающий высокую грудь лиф, тонкий чёрный пояс, а от него - летящая юбка, спадающая волнами лёгкой полу-прозрачной ткани, поверх нижней непрозрачной юбки. Как завершение образа - чёрные чулки и чёрные лодочки на невообразимом каблуке. Невысокая Риточка даже в такой обуви всё равно оказалась ниже Коррина, когда вышла из-за укрытия. Напоследок, она брызнула на кожу духами, стоящими на столике, ободряюще улыбнулась сначала своему отражению, после мужчине, и решительно вышла из гримёрки.
Её уже встречали. Двое громил Хелены и вертлявый человечек, который информировал её на Маскараде, окружили её, и в таком плотном кольце повели через море народу. Они легко дошли до кулис, ибо препятствовать тарану из двух "мальчиков" Хелены было себе дороже.
- Ваш выход, Маргарита, - с придыханием сообщил человечек. В зале погасили свет, оставив лишь освещение ёлок, сцену, и небольшие тёплые фонарики, плывущие над столами. Рита закрыла на секунду глаза, глубоко вдохнула, и сделала шаг к занавесу. Сама собой на её лице расплылась широкая улыбка. Давно забытое чувство радости затопило её так же внезапно, как её оглушили аплодисменты. Она с удивлением поняла, что... Не хочет звать себя мерзкой фальшивкой. Что чувствует себя так, как когда-то чувствовала себя, выходя на эту сцену впервые.
Что чувствует себя живой.
Она сделала шаг к микрофону, одной рукой притягивая его к себе, обвив стойку, - Добрый вечер, леди и джентльмены!
Её голос прозвучал игриво, даже при том, что она не старалась жеманничать, да и фраза сама по себе была достаточно официальной. Рита изящно махнула ручкой залу, а после послала им всем воздушный поцелуй.

Наконец то, она чувствует себя живой.

0

30

- Я буду осторожной, Коррин. Тем более, когда у меня такая защита.
Мужчина ухмыльнулся, отворачиваясь от Рейган. Нет, не засмущался, просто непроизвольное желание отойти куда-то в сторону.
- Постараюсь Вас не подвести, - с усмешкой произнес он, стараясь совершенно не выглядеть серьезно или напряженно. Ободряющая улыбка мисс Фав немного его успокоила, но предчувствие чего-то нехорошего его почему-то всё отказывалось отпускать.
Когда Норму встретил персонал “Цитадели”, Коррин юркнул обратно в зал, стараться пробиться ближе к сцене. Сейчас певица была в куда более надежных руках, и мысль о безопасности девушки можно было пока отбросить - наверняка “мальчики” неподражаемой хозяйки известного бара смогут сохранить популярную звезду всея Запада в целости и сохранности.

Ох, Покровители, сколько же их тут?!  Мужчина понимал, что новогодние праздники обычно празднуются с куда более широким размахом, чем любой другой, но… такое, признаться честно, видал он впервые. Хотя, чего таить - это его первый Новый Год вне какого-нибудь дешевого бара или своей родной квартиры. Посреди такого буйства он ощутил себя даже лишним, куда ему, не пропитанному духом самого яркого и доброго праздника во всем году? Но западник попытался отмахнуться от этой мысли, сейчас ему было абсолютно не до этого.
Ему нужно было в первые ряды. Пытаясь проскользнуть через толпу незамеченным, Коррин параллельно высматривал знакомое лицо помощника. Удавалось это так себе, люди отказывались стоять ровно на своих местах, постоянно перемещаясь по залу кто куда. Коррин шумно выдохнул - пробираться через столь переполненный центральный зал становилось непомерно тяжело.
Он услышал много нелестных в свою сторону. Самым, пожалуй, мягким, было полное негодования “наглец!”. Казалось бы, праздник, а люди все ещё злятся и язвят! Хоть что-то не меняется, от этого аж на душе легче стало.
Пробраться ближе вроде бы как удалось. Бегло осмотревшись вокруг себя, Коррин смог зацепиться взглядом за знакомые черты лица. Стоило трудов не забыть такого человека - это был второй раз, когда он его осознанно заметил. Осталось лишь надеяться на то, что это действительно тот человек, которого он искал.
- Что-то босса твоего не видно, - произнес он как-то буднично, не оборачиваясь к стоящему рядом Максвеллу. Нужно было срочно вовлечь его в разговор, дабы тот не успел ускользнуть, - Неужели работой наконец занялся?
На Нортона искренне хотелось плеваться ядом, но Коррин старался держать лицо и не выдавать свою неприязнь что к шерифу, что к его помощнику.

0


Вы здесь » Сказания Четырех Империй. » Громхэйв » Бар "Железная Цитадель"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC